Топ-модель 2. Я хочу развод

С первого взгляда.

Боюсь, у тебя не было ни шанса. Я просто открыла ту дверь, потому что в коридоре был ты. Просто взяла и открыла. И так хочу открыть снова. Как можно скорее.

— Как зашьют, напиши мне, пожалуйста. Буду волноваться.

— Ложись спать, всё будет нормально. Я думаю. Утром… спишемся.

* * *Ночь выдается изматывающей. Я трижды пью соленую воду и вызываю тошноту, чтобы очиститься, но видимо, доза, которую успела отхватить — была огромной. Голова трещит, состояние кошмарное — вспоминаю Макса тем нашим первым утром — злого как черт.

Стоя под душем остервенело тру спину мочалкой, пытаюсь восстановить события вечера и ночи, выходит урывками. Граф уговаривал остаться, осыпал комплиментами, я отказалась. «Замужем-замужем-замужем», — объясняла ему, а он лишь пожимал плечами, дескать — и что?"

"После душа долго сживаю молоко и истошно рыдаю от тоски по дочке. Накатывает волнами — тяжелыми, рвущими сердце. Я так хочу к ней! Скулю. Обнять, к груди прижать мое солнышко.

Приведя себя в относительный порядок, обуваюсь в прихожей. Чувствую странный неприятный запах, проверяю ванную — не прорвалась ли труба с канализацией — но нет, всё в порядке.

И только открыв дверь, понимаю, в чем дело — у моей двери в розовой коробке лежит сюрприз. Да, то самое.

Написано крупно на французском: «Шлюхе Ане Февраль».

Качаю головой, захлопываю дверь и набираю Дмитрия.

Телохранитель наводит шороху, с администратором отеля они прослеживают по камерами и без труда вычисляют, кто оставил посылку.

Услышав имя сжимаю зубы.

Вот черт.

Колéт. Из-за секундного помешательства мне объявила войну девушка графа.

* * *Вкалываю до самой ночи. Каждую свободную минуту пишу Максу что-нибудь, он отвечает через раз, занят, наверное.

Сомнения иногда накатывают, терзают — знаю, что его бывшая большая любовь оставила мужа, и наконец-то свободна. Если он захочет, то… стоит руку протянуть. Наверное.

Новость о том, что я остаюсь в Париже еще на неделю, ради съемки рекламы для нового аромата Кристофа, Максим воспринимает спокойно.

Но в глубине души огорчаюсь. Наверное, мне бы хотелось, что Максим разозлился и рявкнул лететь домой немедленно.