Завтрашний царь. Том 2

Парнишка, более ненужный среди опытных взрослых, скоро выскочил из тумана. Встрёпанный, глаза шалые.

– А ты молодец, славнучек, – сказал Ирша.

Тот смутился:

– Я что… Орал с перепугу.

– Без того бы люди не натекли, – сказал Ирша.

– Мы тебя вчера ещё слышали, заслушались, – сказал Гойчин. – Голосистые вы тут, за Светынью.

Мальчик доверчиво похвалился:

– Мне на торгу петь от матушки дозволено. От Равдуши Опёнушки.

Странно было видеть его. Казалось, наставник, совсем не погибший, лишь сбросивший десяток прожитых лет, вот-вот подмигнёт впрозелень голубым глазом.

– Тебя, славнучка, люди каково хвалят?

– Жогом, – расправил плечи юный гусляр. – Из Твёржи мы.

– Пойдём проводим тебя, пока матушка не хватилась, – предложил Ирша.

Гойчин добавил:

– Поклонимся, чтоб не бранила.

Жогушка улыбнулся:

– А не станет бранить. Детница она, дома пестуется.

– Так ты отцу помогаешь? А праздный ходишь почто?

– Мы с отцом богоданным лыжи вывезли.

Ирша недоумённо нахмурился. Всё же здешняя говоря не только оканьем отличалась. В Левобережье богоданным отцом призяченный мог назвать тестя, но какой тесть у безусого?

Гойчин тоже замолк. На самом деле он лишь тут перестал ждать тайного знака, уверившись – не с Вороном говорит, воскресшим в теле юнца.

– Оно видно, что с богоданным, – опасливо проворчал Ирша. – Правский отик, пожалуй, пустил бы одного в рядах шастать…

Жогушка рассмеялся беспечно:

– Где ж одного! Мне все калашники братья.

– И сестра есть, – поддразнил Гойчин.

– То наша Полада! – с немалой гордостью пояснил мальчик. – Затресских она. Сватали, не пошла. Светелка решилась ждать, а дотоле с нами сестрицей.

Орудникам Чёрной Пятери дела не было ни до девки Полады, ни до какого-то Светелка. Их давно приучили отделять главное.

– С вами, значит, – улыбнулся Ирша. «А не соплив ты, поршок, с молодыми орлами в небе ширять?»

– Нет дружины без загусельщиков, а нас двое, – принялся раскладывать Жогушка.

– И в походы ратные? – не поверил Ирша.

– Нет пока, – отвёл глаза Жогушка. И вскинулся. – Мне братище наказал с отцом богоданным лыжи источить, женство оборонять, малых на крыло ставить! Вот поставлю…

«Братище? Братище!»

– Объясни нашему неразумию, – попросил Гойчин. – У нас в Шегардайской губе мужи отцом богоданным…

Жогушка засмеялся:

– Тестя, слыхано! А у нас приёмного величают.