Завтрашний царь. Том 2

Слева земля кончалась примерно через версту. Падала обрывом высотой в половину того, что возносил на ладони Коновой Вен. Внизу пряталась подо льдом река Нёгла и вроде бы стоял город Глызин, замёрзший после Беды.

– А вон там что, дядя Кербога? Не крепость?

В розово-сизой морозной дымке над перевалом, дразня напряжённые глаза, плавал морок. То ли утёс, удивительно похожий на башню, то ли вправду творение людских рук. Стезя, обозначенная цепочкой примет, пугливо сторонилась его.

– Крепость, – подтвердил Кербога.

В мутном небе быстро ткались красно-серые завитки, змеи, вихры. Первые приступы бури качнули длинную, по самые копыта, шерсть оботуров. Растревоженный снег начал пересыпаться, обращаясь текучей рекой, бегущей с юго-востока.

Кажется, навзрячь Голомяны уже было не перевалить. Светел нашёл впереди каменное двуперстие, к которому выводил сани. Заметил, с какого угла перетекала его лыжи тащиха. Так оставалась надежда удержать направление.

Напугали дикомыта метелью!

– Ты бы внутри посидел, дядя Кербога.

Скоморох мотнул надвинутым куколем."

"Ветер на разные голоса гудел и выл в скалах, торчавших над перевалом. Снежный прилив захлёстывал всё выше. По пояс, по грудь. Скоморошня стала островом, уходящим в розовую пучину. Кербога шёл, положив руку на крепкий рог пристяжного. Немного позже за другой рог взялся Светел, и несущаяся мгла сомкнулась над головой.

Подъём длился. Светящаяся куржа обтекала нахлобученный куколь, сливаясь перед лицом.

Будь Светел один, он сейчас искал бы место в заветери, копал логово.

Пристяжной замычал и толкнул хозяина мордой, понуждая свернуть.

– Ты что, малыш? – встревожился Кербога.

Скоморошню за их спинами ощутимо качнуло, внутри завизжала Лаука.

– Дядя Кербога! – крикнул Светел. – У нас оботуров пускают притона искать!

Скоморох обратил к нему раструб куколя. Глазных прорезей хари было не разобрать, какое там глаз, но в движениях сквозила растерянность.

Он кивнул.