Одиночка: Одиночка. Горные тропы. Школа пластунов

– И кто его убил?

– Вот он, – дружно ткнули пальцами мужики в Елисея.

Обернувшись, унтер несколько секунд разглядывал парня, после чего, по уставу откозыряв ему, вежливо спросил:

– Расскажите, как дело было, сделайте милость.

– Господь с вами, господин унтер, – улыбнулся Елисей. – Не та я птица, чтобы тянуться передо мной, словно на плацу.

– Не скажите, – качнул унтер головой. – Вашим умением я и жив по сию пору. Тогда, на стене, помните? Вы еще солдатам пистолеты раздали из добычи своей.

– Помню, конечно, – снова улыбнулся парень.

– Конечно.

– Вот этот вот пришлый меня ею зарубить и пытался. Ну, а я не позволил, – с улыбкой развел Елисей руками.

– Вот дурак-то, – презрительно скривился унтер. – Все это видели? – громко спросил он у толпившихся вокруг торговцев.

Выслушав дружный согласный гомон, унтер мрачно усмехнулся, покосившись на прижатых к прилавку ополченцев, и, ткнув пальцем в труп, приказал:

– Вы, двое, забирайте приятеля своего и за мной тащите.

– Эй, а этого? – моментально взвился мужик, звавший полицию.

– Пасть захлопни, – рявкнул в ответ один из солдат, ударом приклада отправляя его на землю.

Сообразив, что разводить китайские церемонии никто не собирается, мужики подобрали тело своего приятеля и, конвоируемые патрулем, потащили его в сторону комендатуры. Унтер, чуть задержавшись, выдернул из прилавка застрявшую саблю и, повертев ее в руках, удивленно проворчал, повернувшись к парню:

– Не знай я тебя, удивился бы.

– Ну, что ж я, зверь какой? – усмехнулся Елисей. – Пока этот дурак за оружие не взялся, я убивать и не думал. Да и то, как сам видишь, убил только виновного.

– Ну, оно и понятно, – кивнул унтер и, вздохнув, отправился следом за подчиненными.

Проводив его взглядом, Елисей вздохнул и, развернувшись, собрался уже домой, когда его обступили торговцы.

– Благодарствуй, казак, – склонил голову пожилой мужчина.

Судя по тому, как остальные торговцы реагировали на его негласные указания, это был кто-то вроде базарного старшины."

"– Я и сам тут живу, – отмахнулся Елисей.

– Все одно, ты первый, кто решил за торговый ряд вступиться. Обычно приходилось патруль звать. Мы тут завсегда сами по себе были, – грустно улыбнулся старшина. Про себя Елисей решил называть его именно так.

– С чего бы? – не понял парень. – Вы ж вроде в крепости живете.

– Живем.