Заколдованная луна

Лицо стало бледным, глаза опухли, немытые волосы непричесаны. Похоже было, что она похудела на несколько килограммов.

– Привет, Ингеборг, – приветливо сказала Криста. – Мы так давно с тобой не виделись, захотелось узнать, как ты тут. Да и сама я теперь редко куда-то хожу, может, знаешь: я работаю?

Сначала в глазах Ингеборг появилось что-то агрессивное, как будто она ожидала, что подруга станет язвительно отзываться о ее состоянии, но потом она отвела глаза и с равнодушным видом опустилась на стул.

– Да, явное дело, ты, конечно же, слышала, как у меня дела, – с горечью произнесла она.

– Услышала сегодня вечером. Поэтому-то и пришла сейчас.

Криста внезапно протянула руку через засыпанный крошками стол.

– Ингеборг, мне так жаль тебя! Ты знаешь, я твой друг, я на твоей стороне, что бы ни случилось.

Ингеборг недоверчиво взглянула на нее исподлобья, она пыталась отыскать в глазах Кристы злорадство, но не увидела его… Тогда она взяла протянутую руку и тихо заплакала.

– Какая же я была глупая, – всхлипывала она.

– Забудь об этом, – сказал Криста. – Ты потом обязательно будешь жалеть. А что говорит парень? Тот, из хора?

– Его здесь уже нет. Я не знаю, где он. Уехал. Ведь он только комнату снимал у Ларсенов. А сейчас его нет. Да и не нужен он мне.

– Понимаю. Но знай, что я твой друг. И если я смогу тебе как-то помочь, то помогу.

Ингеборг разрыдалась.

– Ты такая добрая, Криста! Какая же я дура была по отношению к тебе!

– Правда? Я никогда не замечала.

– Да. Ведь у тебя было все, ты такая красивая. Я хотела показать, что и я могу кому-то очень нравиться.

– Но это не значит быть дурой.

– Нет, но иногда я тебя ненавидела, потому что ты такая красивая. И я говорила про тебя глупости. Ничего серьезного, просто, что ты задавака и все такое. Но ты никогда такой не была. Ты такая добрая!

Криста подождала, пока Ингеборг выплачется.

Наконец та распрямилась.

– А мне что делать, Криста?"

"– Мне кажется, тебе надо расправить плечи и не бояться выходить днем на улицу. Не бояться встретить сплетников и гордиться ребенком, которого ты ждешь. Когда он у тебя появится, ты увидишь, что полюбишь его, и потом тебя уже никто не сможет презирать.

Сейчас она говорила не совсем то, что думала. Она знала, как могут травить матерей-одиночек.