Посох двуликого Януса

А он ведь неплохой мужик, этот председатель! И кому еще возглавлять Комитет, если не ему? Биография его всем известна: сын одного из ведущих инженеров проекта, с самого детства крутился рядом, сразу после окончания школы начал работать помощником техника и одновременно получал образование, присутствовал при первом запуске Тоннеля. Действительно, Тоннель – вся его жизнь, его кумир, его идол. Может ли у Комитета быть лучший руководитель?

Выходя из здания Комитета, Чижевский не удержался и взглянул в большое зеркало, висящее в вестибюле.

* * *Осень наступила как-то внезапно. Хотя что внезапного может быть, если на календаре середина сентября? Лето выдалось комфортным, без удушающей жары и резких перепадов погоды, люди расслабились и, как обычно, в глубине души надеялись, что так будет всегда. И ведь все знают, что после августа наступает сентябрь, за ним следуют октябрь и ноябрь, потом придет зима, но все равно из всех времен года именно переход от лета к осени вызывает оторопь.

Дождь лил не переставая, но Наяна по обыкновению остановила беспилотник у знакомого поворота и дальше пошла пешком к дому Шлевисов. Длинный дождевик с капюшоном надежно защищал все тело, но лицо мгновенно стало мокрым от капель, которые плотный ветер прилеплял к коже. Вот и ее любимая ель, которую непогода, казалось, ничуть не тревожит. Девушка привычно приложила ладонь к коре и попыталась представить, что происходит внутри ствола.

Сегодня она приехала намного раньше других гостей, хотела помочь Варваре, затеявшей новое блюдо, которое прежде ни разу не готовила. Рецепт выглядел на редкость затейливо, ингредиентов – минимум, зато каждый требовал точного соблюдения времени и температуры обработки на нескольких этапах. Вдвоем они справились даже быстрее, чем рассчитывали.

– У нас есть еще почти час, – сказала Варвара. – Позанимаемся? Я откопала чудесный фильм, которому почти сто пятьдесят лет. Представляешь?

– С удовольствием, – радостно откликнулась Наяна.

Это был один из самых любимых видов занятий с Варварой. Они смотрели какой-нибудь незнакомый фильм без звука и пытались понять происходящее, ориентируясь на антураж и игру актеров, их пластику и мимику, язык тела, выражение лиц.