Посох двуликого Януса

– Слушаю, – сказал председатель, внимательно глядя на Руслана. – Что случилось?

– У нас проблема.

Руслан несколько раз мысленно отрепетировал речь, чтобы уложиться в минимальное время и при этом не упустить ничего важного. А важное – это репутация создателя Тоннеля и, в конечном итоге, самого Тоннеля как символа страны, доказавшей свою состоятельность, как экономическую, так и социальную и научно-технологическую.

– Я понял, – ответил председатель, выслушав Чижевского. – Какие предложения?

– Не давать разрешения.

Председатель неожиданно рассмеялся.

– Ты в курсе, что ты уже третий?

– Третий – в каком смысле?

– Третий, кто просит не давать разрешения на заявку Стражалковского.

Руслан оторопел. В полном оцепенении он молча смотрел на красавца-председателя и ждал разъяснений. Но их не было.

Наконец он набрался сил, чтобы спросить:

– А кто двое других?

– Ну, имена называть не буду, эти люди сидят слишком высоко, – уклончиво ответил председатель Комитета.

– И что им за дело? Почему их интересует эта заявка? Они тоже увидели опасность в личности того полицейского?

– Нет, так глубоко они не копают, это не их уровень. Их попросили по-дружески, а они, в свою очередь, попросили меня. Неужели ты думаешь, что голосование на координационном совете само по себе так сложилось, что заявка до сих пор не одобряется? У тех, кто попросил меня, нет никакой личной заинтересованности. А вот у тех, кто попросил их, она, видимо, есть.

– Да. От меня что-то потребуется дополнительно?

– Ничего. Можешь идти.

Чижевский уже почти дошел до двери, когда председатель окликнул его:

– Руслан!

Он обернулся.

– Да?

– Спасибо тебе. И…

Чижевский замер в изумлении. Губы председателя, всегда твердые и неулыбчивые, вдруг дрогнули. Или ему показалось?

– По поводу этой заявки ходатайствовали три человека, – заговорил каким-то совсем незнакомым тоном председатель.