Выжженая земля. Тетралогия

На каком — это вопрос не сиюминутный. Во всяком разе, нам она не соперник. Союзник, причем весьма серьезный. Голова у нее есть, должна соображать, что сейчас всякие ведомственные выкрутасы — побоку. Не время для этого, тут каждый грамотный специалист по-своему бесценен. Рядом держаться надо! Мы-то это уже поняли, а вот поймет ли Гадалка?

Машину слегка качнуло на повороте, и, долбанувшись плечом о стойку, я оторвался от своих размышлений. Дорога здесь в неплохом состоянии, можно и побыстрее ехать.

— Удав-1 — Каа!

— На связи!

— Прибавить скорость.

— Принято! Исполняем.

Колонна ощутимо ускорилась — лес по бокам замелькал, как в кино. Эх, всегда бы так ехать!

Через три часа хода с головной машины пришел сигнал…"

"— Старший колонны капитан Лопатин! — худощавый, с осунувшимся лицом офицер поднял ладонь к виску.

— Комендант Рудненского гарнизона майор Рыжов! — ответно козыряю ему. — Здравствуйте, товарищ капитан! Как дошли?

— Здравия желаю, товарищ майор! Дошли…

— Как обстановка? Происшествия, больные… рассказывайте, капитан.

— Андрей Харитонович, товарищ майор.

— Сергей Николаевич. Да вы присаживайтесь, в ногах правды нет, — указываю ему на поваленное дерево.

Капитан не ломается и осторожно опускается на старую березу. Обмундирование у него хоть и изрядно поношенное, но выглядит аккуратно — видно, что следит за своей внешностью. Странно, насколько я осведомлен, ракетчиков и части ПВО снабжали неплохо, отчего же у капитана столь потрепанный облик?

— Начну с начала.

Смотрю на сборную колонну и тихо охреневаю. Тут чего только нет! Обыкновенные рейсовые «пазики», один шикарный «экскурсионный» автобус. Несколько тентованных грузовиков — явно армейские. А все прочее — сборная солянка.

— …в пути были обстреляны неизвестными. По машине ГПЗ был открыт ружейный огонь. Легко ранено двое солдат. Ответным огнем нападающие были рассеяны и, увидев подход основных сил, отошли в лес, не приняв боя.

— Где это было?

Капитан делает пометку на карте.

— Проверим. Что еще?

— Топливо — в машинах осталось по половине бака, а где-то и того меньше.

— Алексей Николаевич! — нахожу глазами Логинова.