Попаданка в академии драконов 4

Я и сама подумывала уйти: мне не нравились ни ежегодные обязательные паломничества, ни размеренный уклад, ни общее подавленное настроение. Казалось, что эти обездоленные, побитые жизнью существа жмутся к святилищу в надежде на защиту, но сами в неё не верят, и поэтому каждый их день наполнен скорбью и страхом, и никакая моя поддержка, попытки расшевелить их, предложения взглянуть на мир чуточку добрее, не давали результата.

Поиски работы были долгими и трудными, никто не хотел связываться со слепой, хотя я знала город как свои пять пальцев и могла полностью о себе заботиться.

На десятый год жизни мне удалось уйти из святилища – меня взяла в горничные обезображенная болезнью женщина: её устраивало, что я не могу видеть её лица. Марика немного сумасшедшая, но мы нашли общий язык. И она… не так боялась, как остальные, позволяла себе усомниться в том, что те или иные события происки ведьм, а не случайность или обман. Может потому, что считала свою жизнь конченой. К тому же она с удовольствием читала вслух поэмы и учёные книги.

"Такое поведение женщины не могло остаться незамеченным и безнаказанным. Об осквернённости Марики заговорили в городе, ей пришлось уехать. Я же осталась, потому что… надеялась на возвращение домой. Будь такая возможность, я жила бы прямо у места моего появления.

Мне пришлось вернуться в святилище и вести праведную жизнь.

Полгода назад наконец нанялась в дом ремесленника ухаживать за скотиной и его слёгшей дочерью. Сначала его мать хотела меня за него сосватать, но я сказала, что жду пропавшего мужа, и все намёки в эту сторону прекратились.

– А потом, – голос Ланабет дрожит. – Потом пришли вы и забрали меня домой.

Император притягивает её к себе, обнимает крепко-крепко, его пальцы задевают подвески драгоценной бабочки в её волосах.

– Теперь ты дома, Лана.

Навернувшиеся слёзы покрывают всё дрожащим муаром. Я отпускаю руку Арена, и он, перешагнув Пушинку, садится рядом с мамой и тоже её обнимает.

Семья… как же мне не хватает семьи.

Даже после лёгкого стука в дверь Арен и император продолжают обнимать Ланабет, её платье тихо шуршит от их прикосновений.