Попаданка в академии драконов 4

Кажется, они прожгли сетчатку моих глаз, навечно пропечатались в память.

Столько всего произошло. Страшно. Невыносимо. Непоправимо.

– Она… приказала… мне умереть… – сквозь всхлипы выдавливаю я. Меня трясёт, я жмусь к Арендару и отталкиваю его, потому что он не хочет понимать. И снова к нему жмусь. Слёзы льют, прорываются сквозь зажмуренные веки. – Не хочу, чтобы было так страшно! Не могу!

Рыдания сотрясают меня, перетряхивают до кончиков пальцев.

– Лера… Лера… – Арендар притискивает меня к себе.

– Я н-не справлюсь… у нас не-не получится.

Они тысячелетия боролись с Культом и не справились, как можно надеяться на победу?! Как?

– Лера, я защищу тебя, поверь, я смогу, – шепчет Арендар, целуя меня в макушку, пробираясь поцелуями до лба и глаз. – Всё пройдёт, Лера…

Но пока кажется, что я никогда не успокоюсь, не ощущу себя в безопасности. Культ – как Дамоклов меч над всеми нами…

***

И всё же слёзы заканчиваются.

Я снова могу думать относительно спокойно. Анализировать ситуацию. Вдыхая ароматы сокровищницы Арендара, ощущая его тепло и запах, я опять прихожу к выводу, что нас спасёт только борьба – яростная, на износ, до победы.

– Арен… – я вновь возвращаюсь к нашей проблеме. – Мне непонятна твоя обида.

– Я хочу, чтобы ты была в безопасности, а не на передовой.

– Мне кажется, безопаснее всего рядом с тобой, а ты как раз на передовой. Всегда у тебя под боком, м-м…

– Давай обменяемся кровью сейчас.

– Я призвана, – приподнимаю руку. В золотом свете нашей магии треугольный символ на ладони виден хорошо, но для Арендара здесь, наверное, слишком темно, чтобы его разглядеть.

– Отец не будет звать тебя, если мы обменяемся кровью.

– Почему речь идёт о двух неделях?

– Физиология. После соединения магии и обмена кровью мы на две недели впадаем в подобие транса. Страсть ослепляет нас и захватывает.

Нам постоянно требуется близость с избранной. – (К моим щекам горячо приливает кровь). – Мы не всегда даже на охоту способны прерваться, а приближение других самцов приводит к драке насмерть.

– И что станет с миром за эти две недели?

Арендар молчит. Прижимаюсь губами к пульсирующей жилке на его шее. Целую подбородок. Приоткрытые губы. Скулу с золотым узором. Закрытые глаза с подсвеченными сиянием веками.