Попаданка в академии драконов 4

– Он пользовался, да, может, и сейчас пользуется бешеной популярностью у женщин. Ранжер хоть из младшей ветви рода, но в любовницы к нему напрашивались чаще, чем ко многим правящим. К его чести надо сказать, что он от всех убегал. Жаль, Элор его скорость не унаследовал.

– Да… – тяну я.

Может, увлёкшись этим новым гостем, Видар отпустит дедушку? Я бы с удовольствием пообщалась с дедулей ещё.

В полумраке лестницы неожиданно вспыхивают золотые глаза Пушинки, она спускается ниже и тянет меня лапой за плечо.

– И-ид-ём!

Арен обхватывает меня за талию:

– Куда?

– На-до!

– Хорошо, идёмте.

Второй лапой Пушинка упирается ему в грудь:

– Не ты.

Глава 41

Может ли упрямый драконище отпустить свою избранную непонятно куда в сопровождении её симбиота?

Нет.

Повздыхав, Пушинка берёт его с собой. Не доросла она с драконами спорить.

Под мерный цокот коготков мы минуем половину ослепительного в этот предзакатный час дворца. Кругом мерцают магические символы, золото отливает красноватым цветом.

– Это гостевое крыло, – Арен перекрывает путь рукой.

– Что? – накрываю его ладонь своей.

– Там кто-то плачет.

– Ничего не слышу.

Пушинка подталкивает меня в спину. Подталкивает и Арена.

Окутав нас щитом, он проходит вперёд. Скоро и до меня доносятся рыдания. Мы сворачиваем. Посередине озарённого светильниками коридора стоит девушка в тёмном платье и белом фартуке, рыдает, вытирая безостановочно текущие слёзы.

– Что происходит? – Арен лишь чуть ослабляет щит.

Очень не хватает гогглов, чтобы свободно разглядывать всё вокруг. Что тут происходит? Может, какое-нибудь вредоносное заклинание?

Икнув, девушка склоняется в глубоком поклоне. Её плечи продолжают дрожать.

– Г-грустно, – выдавливает она. – Н-невыно-симо-о-о.

Крупные слёзы капают на паркет.

– Что происходит? – обращается Арен к караулящим двери громилам в красных мундирах.

– Тут всем проходящим по коридору грустно, – басит медведеоборотень. – Менталистка… плачет.

– Ника?

– Никалаэда?

Медведеоборотень кивает. Арен наконец опускает мою руку. Всего пять шагов вперёд – и накатывает тоска, чувство вины. Слёзы застилают глаза.

– Так эмоциями щиты пробивает – сильна, – констатирует Арен и поворачивается к Пушинке. – К ней вела?

Пушинка кивает, с золотых кисточек срываются искорки магии.