Попаданка в академии драконов 4

…

– У слабых такие же чувства, как у сильных, они достойны уважения, – вещает Пронзающий.

…

– Сила – это не только власть, но и ответственность, ты должна помнить о справедливости.

…

– Применять силу ради своей выгоды только потому, что можешь – бесчестно.

…

– Независимо от своего положения в обществе, ты должна с уважением относиться к чувствам и желаниям окружающих.

Я думаю так же, но прервать тираду не пытаюсь, чтобы Пронзающий не подумал, будто мне безразличны его слова. Наоборот, стараюсь открыть свои чувства, показать, насколько согласна, насколько эта позиция мне близка.

– Спасибо, что напомнил мне эти важные вещи, – благодарю я рассиявшегося Пронзающего.

Его младший брат, увы, по-прежнему тёмен и неприветлив.

– Рассекающая, надеюсь, скоро мы сможем потренироваться вместе.

– Я тоже на это надеюсь.

Распрощавшись с ними, под руку с Ареном выхожу из золотисто-жёлтой гостиной в лёгкий сумрак лестничных пролётов. Пушинки и след простыл.

Поднявшись со мной на десяток ступеней, Арен тихо интересуется:

– Как, получилось? Они согласны работать с тобой?

– Большой пистолет согласен… Арен, как ты догадался, чем соблазнить оружие?

– Обычно девушки любопытны, а они отражение тебя.

– Мои пистолеты – мальчики.

– Что ж, мужчины тоже бывают любопытными.

Сказал тот, кто ползает по стенам, чтобы подсмотреть за ужинами в башне брата.

– Что тебя забавляет? – Арен заглядывает мне в лицо.

Дыхание перехватывает, я застываю, потрясённая тем, как невероятно красиво золотится магия в радужках его глаз, будто там целая Вселенная…

Во рту пересыхает, я сглатываю, и эта золотая Вселенная поглощает меня, когда Арен наклоняется для поцелуя.

***

Гостиная сразу подавляет своей суровой напыщенностью в стиле ампир, многочисленными деталями, завитками, узорами лепнин и панно, густотой цвета.

– Опаздываете, – чеканит император и поднимается с дивана из чёрного дерева и алого бархата.

– Прости, – Арен склоняет голову, но вид у него для раскаивающегося слишком довольный.

– Они молоды, куда им думать о времени, у них другое на уме. – Ланабет отступает от напольной вазы с белоснежными розами. Вокруг императрицы рассыпается золотистая магия, касается всех предметов вокруг, точно щупы, и нас с Ареном тоже касается.