Всем бедам вопреки

К его удивлению, в комнате оказалась Рионна. Она не легла спать и сидела у огня. Распущенные волосы струились до самой талии, отражали свет огня и сияли червонным золотом.

Он ожидал, что она удалится в свою комнату и станет любой ценой избегать его.

Она не сразу услышала его шаги, и он воспользовался возможностью, чтобы рассмотреть ее тонкую фигурку. Поразительно, что она вновь перевязала груди, и бинты прекрасно скрыли ее роскошные изгибы.

— Грех скрывать такую красоту.

Словно ощутив его взгляд, она медленно повернулась.

— Тебе давно пора спать, — проворчал он. — Уже поздно, а завтра утром мы уезжаем.

— Так скоро?

— Да. Нужно спешить.

— Пошел снег. Скоро начнется метель.

Кэлен кивнул, сел на край кровати и стал снимать сапоги.

— Снег скорее всего будет идти всю ночь. Ехать придется медленно, но, если мы будем ждать хорошей погоды, застрянем здесь до зимы.

Рионна замолчала, недоуменно глядя на него. Но не произнесла ни слова, только закусила губы, словно борясь с нерешительностью.

Он ждал, не желая ссориться с ней.

— Хочешь покончить с этим сегодня?

Он свел брови и наморщил лоб, не понимая, что она хочет сказать.

— Покончить? Но с чем?

Заливаясь краской, она показала на постель. Он внезапно осознал, в чем дело, и был поражен своим порывом оберегать ее любой ценой.

— Подойди сюда, Рионна."

"На секунду ему показалось, что она собирается ослушаться его. Но Рионна тут же со вздохом грациозно поднялась и направилась к нему. Волосы сверкали пламенем факела.

Когда она была совсем близко, он притянул ее к себе и сжал тонкие пальцы.

— Если тебе завтра придется ехать верхом, я не сделаю ничего такого, что бы затруднило тебе езду.

Она покраснела и опустила голову.

— И когда мы осуществим наш брак, поверь, девочка, тебе будет нечего бояться. Я не сделаю ничего такого, что напугало бы тебя или причинило боль.

Она, похоже, не слишком ему поверила и нервно облизнула нижнюю губу, влажно блеснувшую в свете огня из камина.

Не в силах противиться бессознательному приглашению, Кэлен усадил ее себе на колени и с нежностью и осторожностью, о существовании которых он раньше не подозревал, провел рукой по ее лицу и запустил пальцы в массу золотых волос.

Согретые огнем камина, они в самом деле были теплы, как солнышко. Завороженный незнакомыми для себя ощущениями и видом этих роскошных прядей, скользивших по пальцам, подобно жидкому шелку, он привлек ее к себе, пока их губы почти не соприкоснулись.