Воронцов. Перезагрузка. Книга 3

— Для этого нам понадобится вода и большая бочка.

Мы нашли старую просмоленную бочку, очистили её и наполнили наполовину водой. Я объяснил мужикам, что будет дальше:

— Сейчас происходить будет что-то похожее на колдовство, но никакого колдовства тут нет. Это всё природа так устроена. Как бросим известь в воду, начнется бурление и шипение, вода станет горячей. Даже кипеть может!

— Не может быть, — не поверил Семён. — Как вода от камня закипит?

— Сам увидишь, — усмехнулся я. — Только не наклоняйтесь близко, и глаза берегите.

"Я аккуратно через тряпку взял кусок и опустил его в воду. Секунда — и вода вокруг него забурлила, пошел пар. Кусок начал распадаться, вода вокруг забелела.

— Мать честная! — отшатнулся Илья. — Закипело!

Мы постепенно добавляли известь, постоянно помешивая длинной палкой. Вода в бочке нагрелась так, что рукой было не дотронуться, хотя огня рядом не было.

— Вот вам и природная химия, — улыбнулся я, глядя на изумленные лица. — Теперь нужно дать этому настояться день-другой, и получим известковое тесто.

— А пахнет-то как! — сморщил нос Петька. — Прямо как… не знаю что.

— Ничего, к запаху привыкнешь, — сказал я. — Зато теперь у нас есть своя известь. А это значит, что можем строить прочно и надежно.

Мужики с изумлением смотрели на белую кипящую массу в бочке. Ещё вчера это были обычные серые камни с берега, а сегодня — ценный строительный материал. И не только.

Глава 9

— Ну, что ж, — сказал я, — пока известь настаивается, займемся втулками из мореного дуба.

Мы направились к телеге, где он аккуратно разложил куски нарезанного мореного дуба. Дерево выглядело впечатляюще — тёмное, почти чёрное, с синеватым отливом, словно металлическое.

— Вот, Егор Андреевич, — с гордостью показал Петька, — Сколько смог достал.

Я внимательно осмотрел материал, постукивая по нему костяшками пальцев. Звук получался глухой, но плотный — признак хорошей твёрдости.

— Добрая работа, Петька. Именно то, что нужно. Таким втулкам сносу не будет, — похвалил я.

Мы перетащили несколько наиболее подходящих кусков к ангару. Я разложил инструменты — топор, тесло, набор стамесок разных размеров, скобель, несколько рубанков. Заточили их до остроты бритвы — мореный дуб требовал идеально острого инструмента.

— Ну, с Богом, — сказал я, делая первые пометки угольком на заготовке. — Мореный дуб — материал капризный.