Волшебница для короля

Надписано оно было неловким детским почерком, будто его автор только учился писать. Или вынужден был писать на другом языке, мало ему знакомом. Леди Мария.

Ни слова не сказав, Этен вышел за дверь.

* * *В следующий раз Этен увидел Тимерию ночью, когда она гуляла в саду. Одна, как и накануне. Фонари освещали желтым светом мощеные дорожки, так что казалось, Тимерия ступает по желтой дороге, проложенной прямо среди темноты.

— Снова удрали от фрейлин?

— В их оправдание могу сказать, что от стражников я все-таки не сбегала.

— Я надеялся снова застать вас одну, — демонстративно вздохнул Этен. — И, вдруг мне повезет, с открытым лицом.

Тимерия ударила его веером по плечу и пригрозила пальцем.

— Невежливо спрашивать у девушки, что под ее вуалью! Вдруг там клыки? — глаза ее лукаво сощурились.

Этен рассмеялся.

— Волчьи? Как у вервольфа на гербе Вранко?

— Почему бы и нет? — Тимерия зашагала вперед.

— Раз так, то у меня под камзолом перья, как у грифона, — ответил Этен, догоняя.

— Вот как.

— Да. Говорят, по ночам он нападает на беззащитных девушек. Но мне кажется, это все выдумки придворных. Чтобы объяснить… — Этен замялся. — Некоторый беспорядок в туалетах дам, которые возвращаются в свои покои под утро. Простите…

Он прикусил язык, но Тимерия безразлично мотнула головой, погруженная в свои мысли. Вокруг стояла тишина, прерываемая только тихим звуком их шагов и стрекотом цикад.

— Кем вы были, Этен? До того, как попасть во дворец?

— Я… — «Я жил на улицах. Воровал у богатеев кошельки, которые приносил Большому Бо. Строил из себя безногого инвалида, чтобы мне давали милостыню. Обманывал прохожих игрой в наперстки. Гадал на картах и снова воровал». — Я не думаю, что могу говорить об этом.

— Вы никогда не думали о том, чтобы вернуться? — обернулась к нему Тимерия.

— Куда?

— К тому, откуда вы пришли? Вы не скучаете? Возможно, тогда вы были свободнее? Могли решать все сами и делать то, чего сейчас сделать не можете.

Некоторое время Этен молчал.

— Тетушка, которая меня вырастила, умерла, когда мне исполнилось шестнадцать. Я скучаю по ней.

— И все?

— И все, — помедлив, ответил Этен, и снова воцарилась тишина. — Итак, — откашлялся он спустя некоторое время. — Вы приняли предложение Илара?

Тимерия тряхнула волосами.

— Король объявит о нашей помолвке на первом осеннем балу.