Волчья хватка. Волчья хватка – 2

 – Охота пуще неволи… Все-таки вернулся в сварщики?

– Куда же еще? Вернулся, работаю вот… – вздохнул и все же протянул руку к волку, опасливо погладил. – Молчун… Матерый стал… Орден получил, «За заслуги перед Отечеством» второй степени. Да…

– А говорил…

– Говорил!.. Теперь на проклятых буржуев работаю! На ворье и кровопийцев! На сук этих, которые народное добро растащили! Их бы, паскуд, по столбам вешать!..

На короткий миг он стал узнаваем – болезненно засверкали глаза и голос сделался сипло-яростным, как некогда в электричках…

– Ненавидишь хозяев, а работаешь хорошо, ударно…

– Блин, да не могу я плохо, не умею! Ну, не получается!.

– Ладно, я не в обиду, – успокоил Ражный. – Просто в другой раз болтай поменьше, террорист…

– Я не болтал. – Он огляделся по сторонам. – Я его, сатану, с пяти метров жаканом наладил, с одностволки. Тут у него дача есть, резиденция. Подкрался и вмазал.

Он уже смело погладил Молчуна, и тот, на удивление, не то что позволил – хвостом вильнул.

– Ну и как? – механично поинтересовался Ражный.

Герой снял каску, вытер мокрый лоб жестким рукавом сварочной робы.

– Как… У него и тогда пластмасса стояла. Заменили, да и все… А за мной гонялись потом, пришлось сюда на работу устраиваться. День и ночь рожа под сварочной маской, никто не видит. Да и не знает в лицо… Но я на всякий случай внешность изменил.

– Здорово изменил… Научил бы, как?

– Это ерунда… Тут кормят, отъелся. Если русского человека хорошо кормить, он до неузнаваемости меняется. Вот ты даже без маски не узнал!

– И никакого тебе терроризма. Накормить от пуза – и вся недолга.

– Как это – никакого? – оттолкнул волка и взял держак. – Погоди еще… На сытое брюхо быстрее мозги шевелятся. И ружья не надо. Заработаю первую степень – он вручать будет, вот уж тогда не уйдет…

– Может, лучше бюст на родине? – одновременно посоветовал и спросил Ражный.

Герой опустил забрало и ткнул электродом в стык труб.

…Пионерский лагерь он не узнал, поскольку его не существовало вовсе, а на этом месте стояло два гостиничных корпуса, настоящий круглый манеж для выводки и высокие, белокаменные конюшни. Вначале Ражный прошел мимо кованых решетчатых ворот с золотистыми лошадками, но у края дубравы остановился перед огромным камнем, как витязь на распутье.