Во имя любви

Даже слишком. Да и все Торны такие… Так что тебе в жены досталась настоящая красавица, Кэм.

– Леди Марианна тоже весьма недурна собой, – запротестовал Ричард.

– Не спорю, – кивнул Джозеф. – Но даже тебе придется признать, что при появлении герцогини Седжмур все вокруг рискуют свернуть себе шеи. Как только твоя жена, Кэм, обретет уверенность в себе и – извини, что говорю это, – купит несколько приличных платьев, она станет настолько неотразима, что ты и близко к ней не сможешь подойти из-за толпы поклонников."

"Проклятье! Этого-то Кэм хотел менее всего.

Кэмден с трудом подавил чувство бешеной ревности, нахлынувшей на него при мысли о том, что до Пен, возможно, дотронется кто-то другой и что с этим другим она будет проделывать то же самое, что так потрясающе проделывала с ним прошедшей ночью.

– Ты в порядке, Кэм? – послышался голос Ричарда.

Кэм вздрогнул – словно очнулся ото сна. Заставив себя улыбнуться, он пробормотал:

– Да, конечно. В полном.

Ричард внимательно на него посмотрел и тихо сказал:

– Но ты выглядел так, словно собирался вспороть Джозефу живот. Или мне.

Кэм снова изобразил улыбку. Немного помедлив, сказал:

– Пен – моя жена.

Джозеф нахмурился, и это означало, что он о чем-то задумался.

– Да, конечно, заслуживает.

Кэм не ожидал, что друг так быстро выразит согласие.

– Она тебе понравится, когда ты узнаешь ее поближе.

– Нисколько не сомневаюсь, – кивнул Джозеф. И опять-таки – кивнул. Слишком уж быстро.

Кэмден нахмурился и сурово посмотрел на друга. К несчастью, Джозеф был одного с ним роста, поэтому испепеляющий взгляд Кэма не произвел привычного эффекта.

– Это сарказм? – осведомился герцог.

На лице Джозефа отразилось неподдельное удивление.

– Вовсе нет, приятель. Очень хорошо, что ты не женился на леди Марианне, ибо я с самого начала был против этого союза. Мне было бы очень неприятно смотреть, как ты вступаешь в столь холодный и лишенный всяких чувств брак.

Кэм хотел уже заявить, что его брак с Пен тоже основан отнюдь не на чувствах, но что-то его остановило. Что именно, – он и сам не знал.