Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

– А что там за штуковина? Возле самого обелиска…

– Столичная помощь и новейшее изобретение заодно. Привезено легатом.

– То есть? – не понял, вернее, не совсем понял Карло. – Их же вешать собираются.

– Вот именно! – оскалился бывший гвардеец. – Прибожественным, для облегчения их трудов, нынче полагаются переносные виселицы в количестве, кажется, десяти штук. Эдакие наборы из брусьев, собираемых на клиньях и больших болтах. Раз именем императора надлежит вешать, то, пожалуйста, – будет вам в любом месте империи настоящая виселица, как предусмотрено уложением, ибо таков божественный порядок.

– Бацута! – с гвардией Капрас давно расстался, а солдафон в сердцах может и сплюнуть. – Кошачья бацута!

– Мой маршал, четырежды кошачья!

Гомон толпы, чей-то заходящийся плач, глухие удары, судя по звуку – по дереву, угрюмо торчащие над людскими головами столбы и перекладины, но оцеплена не вся площадь, а только самый ее центр. Ведущие к бывшему рынку улицы не перекрыты, но зевак все равно почти нет.

– Агас, а где наши мастера? Ага, вижу!

Знакомых через головы расфуфыренных хурмецов не опознать, но с дюжину сидящих на земле связанных бедолаг под собираемой прямо на их глазах виселицей разглядеть удалось. Сборщики еще вовсю крепили боковые откосы, но Молниегрозящий павлин на самом верху хвост уже распустил.

Прибожественного Карло заметил почти случайно. Столь высокой персоне подобало пребывать если не на особом помосте, то в седле, но Филандр подготовкой экзекуции руководил лично. Настолько лично, что изволил спешиться и встать за спинами воюющих с пронумерованными деревяшками доверенных плотников.

– Ну, – буркнул скорей себе, чем Агасу Карло, – сейчас и поговорим.

– Удачи вам, – Агас, не отрываясь, смотрел на пламенеющего красавца. – Ублюдок…

– Коня подержи.

Стоящие в охранении хурмецы при виде маршала вражды не выказали и преспокойно расступились. На анастасовых вояк они не походили, а вот на напяливших мундиры чинуш – запросто.

– Решили посмотреть, как я тут управляюсь? – обернувшийся на звук шагов Филандр был весел и доволен.