Вечный шах

Сразу всем станет ясно, что Ирина безответственная мать, которой наплевать на увлечения сына, непочтительная дочь, в грош не ставящая просьбы матери, и вообще ветер в голове у нее свистит, просто удивительно, как она в суде работает. То, что ей доверяют выносить приговоры, – наглядная иллюстрация того, насколько прогнила советская система правосудия.

Короче говоря, книгу надо достать хоть из-под земли. Ирина позвонила Жене Горькову, рассудив, что он, марксистско-ленинский философ и преподаватель Высшей школы, просто обязан увлекаться шахматами.

– А ты Витьке позвони, – сказала Лида, – у него второй разряд.

– У Зейды?

– Прикинь!

Ирина до последнего считала, что Лида над ней подшутила, но Витя подтвердил этот факт своей биографии. Нужной книги у него в хозяйстве не водится, но он прекрасно знает, о каком издании идет речь, и обещал, что сгоняет к мужикам в общагу, у кого-то наверняка найдется, и тогда он завезет трофей Ирине.

Она залепетала, что это неудобно и не стоит беспокоиться, но Витя уже положил трубку. Пришлось бежать в булочную за пряниками к чаю, а потом в ускоренном темпе превращать запущенную квартиру в сияющий чертог.

Витя приехал в десятом часу и сразу протянул ей заветный томик песочного цвета с изображением шахматных фигур. От чая не отказался, и Ирина сделала ему еще бутерброд с последним куском сыра, который берегла себе на завтрак.

Было приятно посидеть рядом с ним, все-таки Витя был еще из той безмятежной жизни без болезней и тревоги за будущее. И теперь, когда он говорил «усе буде горазд», Ирине становилось спокойно и радостно.

Пока Ирина была в отпуске, Витя с женой Яной приезжали к ней на дачу каждые выходные, но когда на вахту заступила мама, она первым делом запретила гостей. Конечно, формально дача принадлежит Кириллу и он через жену может приглашать кого хочет, но Ирина испугалась спорить с мамой.

Зато теперь она чувствовала себя немного неловко перед Зейдами, получалось, что она их зазывала не для того, чтобы беременная Яна дышала свежим воздухом, а чтобы развеять свою дачную скуку.

Неизвестно, как Яна, а Витя, кажется, не задумывался над этими нюансами, был такой же веселый и добродушный, как всегда.