(Не)счастье дракона

До ужаса хотелось совершить нечто такое, что девушки из приличных аристократических семейств себе никогда не позволяют."

"И я решилась. Крепко зажмурив глаза, я завизжала изо всех сил и громко затопала ногами. Эхо отозвалось противным резким визгом. Нет, я не могу издавать таких звуков. Не могу, и все! Это из меня обида выходила, а обида, как известно, весьма безобразное чувство. Как ни странно, полегчало. Меня все еще потряхивало, да и негодование никуда не делось, но вот тот ком, что стоял в груди и мешал вздохнуть, причиняя неудобство, волшебным образом исчез.

– А я все думаю, кто так шумит в королевской галерее? – Чарующий голос укутал, словно в кокон из легкого невесомого шелка.

Резко развернувшись, увидела того самого незнакомца, что остался равнодушным к моим шуткам, но смотрел на меня так, что я смущалась. Он, словно хищник, учуявший добычу, плавно шагнул из тени не замеченного ранее алькова. Неужели Хоук его не заметил? Хотя я ведь просила хранителя отвести меня туда, где не станет искать герцог.

– Простите, не знала, что здесь кто-то есть, – от смущения почти прошептала я.

– Немудрено, – улыбнулся мужчина, блеснув глазами. Улыбка сделала его лицо еще прекраснее. Не думала, что такое возможно. – Это очень старая галерея. Здесь почти никто не бывает, кроме меня и старого слуги, поддерживающего порядок в помещении.

Незнакомец подошел вплотную и взял мою руку. Хотелось вырваться, отступить, но я как зачарованная смотрела в его синие глаза, не в силах отвести взгляд. Там отражалась я и еще нечто такое, что меня притягивало к нему, словно магнитом. Нужно отойти… Нужно… Необходимо. Жизненно. Но я не сдвинулась с места, а лишь хрипло выдохнула:

– Мы не представлены…

– Это большое упущение, не так ли, Саманта Терезия Гельямина Карр? – Голос незнакомца стал тише и теперь звучал вкрадчиво, интимно, заставляя меня нервничать.

Не отводя от меня глаз, мужчина склонился к моей руке. И я… Я ожидала самого обычного поцелуя, положенного по этикету, но мою руку перевернули и запечатлели горячий, влажный и от этого кажущийся недопустимо преступным поцелуй в самую середину моей ладони.

Колени предательски дрогнули, а внутри прокатилась горячая волна… Волна ярости и негодования.