В объятиях лунного света

Литу вдруг захотелось, чтоб его мать в этот момент увидела Элеонору! Вообще-то он не был в полном восторге от ее туалета. Когда мисс Трим разгуливала по его дому в строгих пуританских платьях, Лит наслаждался тем, что он один замечает ее красоту. Это была, конечно, иллюзия, самообман. Элеонора в любом наряде была ослепительно хороша, и все это отлично видели.

Рядом с Элеонорой стоял стул. Но теперь, когда Лит немного отошел от шока, он решил действовать осторожно, и поэтому с небрежным видом сел подальше от нее.

– Ты соврала мне. Нет никакой леди Баском и никакого поместья Уиллоу-Хаус, – начал он.

Элеонора нахмурилась, как будто пытаясь вспомнить, о чем идет речь.

– Мне требовались рекомендации, чтобы получить работу в твоем доме.

– И ты написала их сама?

Элеонора потупила взор. Ей было досадно слышать от него обвинения в нечестности.

– Мне было очень неприятно врать твоей матери.

По всей видимости, то, что она лгала ему, не вызывало у нее угрызений совести. Лит понял: разговор будет долгим и непростым, прежде чем Элеонора согласится дать ему шанс восстановить их отношения.

И хотя маркиз как политический деятель привык воздействовать на людей силой убеждения, он не был уверен, что на этот раз победит в словесной схватке.

– Она не знает, что ты солгала ей.

– Ну так узнает.

Да, леди Лит обо всем узнает, если Элеонора доведет дело до конца и предаст огласке эти проклятые письма. Маркиза поймет тогда, что пригрела на груди змею…

– Седжмур мне все рассказал.

– И я нашла их, – пробормотала Элеонора, разглядывая свои сцепленные на коленях руки.

– Теперь многое стало понятно, – продолжал маркиз. – Твои ночные странствия по дому, желание порыться в библиотеке. А твое внезапное появление в моей спальне ночью? Я никак не мог объяснить себе мотивы твоих поступков. Но теперь мне все ясно.

Щеки Элеоноры порозовели.

– Я чуть не умерла от страха, когда ты вдруг вошел в спальню.

– Еще бы! – В голосе маркиза звучала горечь.

Элеонора бросила на него осторожный взгляд.

– Я думала, ты придешь в ярость.

– Мало ли что ты думала! Ты, наверное, полагала, что будешь в безопасности под теплым крылом Седжмура, – мрачно заметил Лит.

Ее глаза расширились.

– Ты… ты неправильно понял, герцог вовсе не…

– Я не об этом! – перебил ее Лит, едва не улыбнувшись. – Седжмур, как известно, верен жене.