Укрощение Рики (ЛП)

Он с растущим беспокойством чувствовал, как прикосновения хозяина пробуждают к жизни его член.

Блонди ощутил, как ему в бедро уткнулось что-то твердое, и улыбнулся.

— Ты так быстро возбудился, мой Энью?

Рики передернуло, когда хозяин назвал ксеронца «своим» — звучало это просто отвратительно.

— Да, хозяин, — признался Энью.

— Это всё потому, что ты не знаешь, что тебе сейчас предстоит. Заруби себе на носу: когда я отдаю приказ, ты должен выполнить его немедленно — и никаких вопросов.

— Да… хозяин! — вскрикнул Энью, не помня себя от страха.

— Хорошо. Мы понемногу продвигаемся вперед. — Ясон лениво пригубил вино и снова поставил бокал на столик. — Ну а теперь настало время твоего первого урока.

С этими словами блонди от души размахнулся и наградил распростертого на его коленях пета таким громким и увесистым шлепком, что даже Рики удивился, широко распахнув глаза от удовольствия.

Рики чуть ли не пританцовывал от радости, наблюдая, как кошак получает на орехи. Ловкие движения красавца-блонди и краснеющая на глазах задница пета вызывали приливы возбуждения. Крики и взвизги кошака, его униженные мольбы, всхлипы и скулеж доставляли монгрелу бездну удовольствия.

Энью даже не представлял, что на свете бывает такая боль. Невыносимая, неослабная, немилосердная — варварство чистой воды. В роли сурового воспитателя хозяин Ясон внушал бесконечный ужас, и ксеронцу стало казаться, что этого наказания ему не пережить. Возможно, он действительно умрет прямо здесь, у блонди на коленях, и тогда хозяин пожалеет о том, что сотворил. Эта мысль принесла пету слабое утешение — он почти уверился, что настал его последний час в этом мире.

Хотя его ладонь уже жгло огнем, Ясон продолжал вкладывать в удары всю силу своих мышц. Он твердо решил обуздать непокорство пета, пока оно еще не пустило глубокие корни. Кроме того, блонди не мог не признать, что наказывать аппетитного маленького ксеронца, которого всучила ему Юпитер, было куда как приятно.