Удар «Молнии»

— У вас руки коротки! — многозначительно усмехнулся Кастрат. — Возможно, вы навредили нам своей утечкой. Возможно, моим пилотам пришлось избавиться от… груза. Но они просто выполнили инструкции. Мы тоже кое-что предполагаем… А перекрыть каналы? Это несерьезно. Это блеф! Наркотики, оружие, фальшивые деньги — не примитивная уголовщина. Вы же понимаете, что это — большая политика. И делается она не наркомафией или какой-то криминальной структурой."

"— Почему вы решили, что Интерпол стоит в стороне от большой политики? Кто, по-вашему, регулирует… некоторые процессы на общемировых рынках сбыта… вашего товара? Неужели вы считаете, что государства-производители и государства-потребители не могут договориться и одним разом прихлопнуть наркомафию? Могут и, если потребуется, — договорятся и прихлопнут.

Если можно договориться о сокращении ядерных вооружений, о его нераспространении, то уж с наркомафией и торговцами оружия давно бы разобрались. Иное дело — эти криминальные структуры нужны миру. Как, впрочем, каждому отдельному государству. Но только управляемые, регулируемые и… послушные, — генерал сделал паузу и продолжил уже миролюбиво: — Вы в этом деле человек новый, еще не посвященный во все тонкости искусства управления миром. И, простите, даже в чем-то наивный. Однако вы продвинулись уже несколько дальше, чем ваш друг-президент. Так помогите ему, подскажите, что не следует игнорировать руки, протянутой вам… пусть не друзьями, но и не врагами. Не советую ссориться с Интерполом. А что касается длинных наших рук… Открою вам небольшой секрет. Когда вам, господин бизнесмен, вогнали иглу в вену, вы струсили и назвали несколько имен крупных террористов. Службам Интерпола они давно известны… Так вот, чтобы вы были сговорчивее, одного из них я уберу. В течение ближайших сорока восьми часов. Видеозапись допроса, где вы назвали имя… жертвы, находится у нас. И мне не составит труда передать ее, допустим, экстремистской организации «Хезболлах». Наверное, там будут очень недовольны вашим поведением. Понимаю, это грубый шантаж, но с вами, как со всеми «новыми русскими», иначе невозможно. Вы еще не привыкли к цивилизованным отношениям в мире.

Кастрат плоховато знал английский, и, видимо, смысл сказанного доходил до него медленно или он еще никак не мог поверить, что уже прочно сидит на крюке. Должно быть, кто-то убедил его в совершенной неуязвимости и безопасности своего предприятия, кто-то выдал ему «охранную грамоту».