Тринадцать

Наверное, к родителям.

Киваю.

— Я не хочу, чтобы вы расставались.

— Поздно, Кити-кэт, — грустно усмехаюсь я. — Так что ты хотела мне рассказать?

— Я кое с кем встречаюсь.

Вскидываю бровями.

— И давно?

— Уже несколько месяцев. Его сестра посещает того же психолога, что и я. Там мы и познакомились.

От моего взгляда не ускользает тот факт, что, говоря о нем, Кейти нервничает.

— Ты боишься моего неодобрения? Кейти, ты же знаешь, что я буду счастлив, если ты будешь счастлива.

— Он преподает английский в нашем университете, — шепчет она и отводит взгляд.

— Джейкоб???

Кивает, закусив губу.

— Кити-кэт, он может лишиться работы, если кто-нибудь об этом узнает.

— Мы осторожны.

— Тогда ладно.

— Тогда ладно?

— Да.

— И никаких нотаций, что он старше меня?

— Кейти, раз ты с ним уже несколько месяцев, значит, ты с ним счастлива. Так?

— Так.

— А я счастлив за вас. Только будь осторожнее.

— Я тебя люблю, — шепчет она и бросается на меня с объятиями.

— Я тоже тебя люблю, Кити-кэт.

Какое-то время мы так и сидим, обнявшись.

— Посмотрим «После»?

Я издаю стон отчаяния.

— Что? Мне тоже грустно из-за вашего расставания. А там как раз по сюжету Хардин будет косячить. Ну давай же!

Я смеюсь и говорю:

— Ладно!

Глава 32

Оливия.

Половину ночи я не могла уснуть. Лежала на диване в гостиной, мусолила кулон, что мне подарил на день рождения Остин, и плакала. Плакала, плакала и плакала. Очень много. Поэтому, когда папа будит меня в семь утра, я едва могу разлепить свои глаза.

— Тыковка, ты что, ночью успела пообниматься с парочкой ос?

— Как ты догадался? — хрипло отвечаю я, увидев отца, сидящего на диване. — Следил за мной?

Папа усмехается.

— Виноват! — Вскидывает руки ладонями вверх.

Сажусь на диване и улыбаюсь. Как же мне повезло с отцом.

— Я люблю тебя, пап.

— А я люблю тебя, Оливка. — Он целует меня в лоб. — Собирайся, выезжаем через двадцать минут.

— Куда мы поедем?

— О, мы с твоей мамой вчера придумали невероятное путешествие.

Поднимаюсь с постели и иду умываться. Увидев себя в зеркале, я пугаюсь своего собственного отражения. Торжественно клянусь, что больше никаких слез. Хотя бы сегодня. Десять минут спустя выхожу из ванной и достаю из сумки черные джинсы и черную водолазку. Увидев мою одежду, мама усмехается:

— Прикид под стать тому месту, куда мы поедем.