Тридцать дней, тридцать ночей

Десять лет назад он купил в федеральном округе Колумбия особняк девятнадцатого века и превратил его в роскошный отель для состоятельных людей, которые во время своих деловых поездок в столицу хотят чувствовать себя как дома.

Молча достав из своей сумки мобильный телефон, Кейт принялась набирать текстовое сообщение. Ее шелковистые волосы упали вперед. Ему нельзя забывать, что она представительница прессы и с ней нужно держать ухо востро.

— Не думай, что Хавьер такой же, как его кузина. Ты смогла обхитрить Элис, но Хавьер — совсем другое дело.

Не ответив, Кейт продолжила печатать. Дуарте пристально изучал ее до тех пор, пока она не подняла на него свои голубые глаза, полные ярости. Ее ресницы все еще были мокрыми от растаявшего на них снега.

— Довожу до твоего сведения, что я не обманывала Элис. Да, я пришла к ней, чтобы узнать о человеке, который случайно оказался на снимке, сделанном мной в доме сенатора Лэндиса. Это был ты. Элис сама мне рассказала о твоей сводной сестре. Я… я просто встречалась с людьми, попавшими в кадр, до тех пор, пока один из них не согласился рассказать мне о загадочном прошлом человека, который называл себя Дуарте Морено.

— Предупреждаю, если ты совершишь ошибку, и наш секрет будет раскрыт до окончания нашей мнимой помолвки, ты останешься ни с чем, — сказал он.

Кейт протерла линзу объектива мягкой желтой тряпочкой:

— Одна ошибка — и все? Никакого прощения? Каждый человек заслуживает второй шанс.

— Когда ставки так высоки, нет.

Одна-единственная ошибка, одна брешь в броне может стоить жизни ему или кому-то из его близких.

— Тебе не интересно, почему Элис хотела раскрыть тайну твоей семьи?

— Ее мотивы не имеют значения.

— Тут ты ошибаешься. Они имеют большое значение.

— Хорошо. Можешь меня просветить.

Кейт навела объектив на его лицо. Он не стал возражать, и она сделала снимок.

— Элис хотела стать принцессой Медина. — Она положила фотоаппарат себе на колени.

— Только не говори, что она питала нежные чувства к одному из нас. Будь это так, она не предала бы нашу семью.

— Это верно. — Кейт задумалась на мгновение. — Ты ее любил? Ты поэтому сегодня сам не свой?

Причиной его волнения была Кейт, а не Элис, отношения с которой давно остались в прошлом.