Тридцать дней, тридцать ночей

Персидская ковровая дорожка заглушала их шаги.

— Спасибо за помощь. Я пока не очень хорошо здесь ориентируюсь.

— Вчера у вас это прекрасно получалось.

Кейт поморщилась. Должно быть, у этого человека хранится пленка, на которой записан ее проход по карнизу. В таком случае он знает, что их с Дуарте помолвка не что иное как фарс.

Потрогав свое кольцо, она ответила:

— Вчерашний вечер был незабываем по многим причинам, мистер Кортес.

Остановившись у массивной деревянной двери, Хавьер посмотрел на нее сверху вниз. Почему его лицо кажется ей таким знакомым? Двух братьев Дуарте зовут Антонио и Карлос.

— Это кабинет Дуарте?

— Да. — Он положил руку на дверь, чтобы помешать ей ее открыть. Его пиджак задрался, и она снова увидела пистолет. — Если вы предадите моего друга, то очень об этом пожалеете.

Кейт хотела сказать ему, чтобы он перестал подражать актеру из второсортного боевика, но, заметив, что он настроен серьезно, передумала.

— Дуарте уже предупредил меня об этом.

— Теперь я вас предупреждаю. Знайте, я слежу за каждым вашим шагом. Дуарте, может, и разрешил вам пользоваться ноутбуком и фотоаппаратом, но меня не так легко провести.

Неожиданно Кейт поняла, почему имя и лицо этого мужчины показались ей знакомыми.

— Вы злитесь на меня за то, что ваша кузина Элис лишилась расположения семьи Медина, поделившись со мной конфиденциальной информацией.

Стиснув зубы, Хавьер пронзил ее холодным взглядом:

— Элис взрослая женщина. Она сделала неправильный выбор. Моя кузина предала не только нашу семью и семью Медина, но и всю нашу страну. Я злюсь на нее. Элис должна ответить за свой низкий поступок. Разрешаю вам процитировать меня в вашей электронной газетенке.

— Спасибо за цитату. Я прослежу за тем, чтобы ваше имя напечатали без ошибок. — Она подбоченилась. — Я просто хочу прояснить один факт.

— Я вам не доверяю. — Хавьер подошел ближе, несомненно для того, чтобы ее напугать. — Я понимаю, что вы проникли сюда по практическим соображениям. Да, вы выполняли свою работу. Поймите, я тоже выполняю свою. И я могу быть даже еще опаснее, чем вы.

Она не любит, когда ее запугивают, но прекрасно понимает Хавьера. Он заботится о тех, кто ему дорог.