Только моя

– Спасибо, – слово далось с огромным трудом, но детское сердце не выдержало, и я с огромным удовольствием поглотила сладкий подарок. – Я таких никогда не ела, – признаюсь ей, слизывая крем с перепачканных пальцев.

– Салфетки. – Она поставила передо мной пачку, но я только отрицательно качнула головой, наслаждаясь последними капельками сладкой радости.

– А что ты еще любишь? Кроме сладкого?

Я задумалась.

– Фрукты. На праздники бабушка покупала много фруктов, – сердце тут же вновь сжалось, и я опустила голову вниз, чтобы спрятать слезы.

– Кейтлин. – Психолог поставила передо мной стул и присела на его край. Она взяла мои маленькие ладошки в свои и заговорила: – То, что ты тоскуешь, вполне нормально. Ты ведь не робот. И бабушка, она всегда будет рядом. Она будет у тебя вот здесь, – добрая женщина осторожно коснулась моей груди. – И она была бы очень расстроена, увидев тебя в таком состоянии. Тебе нужно вернуться к учебе, попробовать найти здесь друзей. Не для себя, девочка. Ради бабушки.

– Я хочу увидеть, где ее похоронили.

– Поехали.

От удивления у меня распахнулись глаза."

"– Ну же? Или передумала? – Она взяла меня за руку и увела из своего кабинета. Под насмешки и обзывательства моих новых соседей вывела на улицу и там сказала, чтобы никто не услышал: – Докажи им всем, что они ошибаются, – я кивнула и выше подняла подбородок. Эти слова стали девизом, который я зафиксировала в своей голове.

Психолог дала мне возможность нормально проститься с единственным близким человеком.

Я, захлебываясь от восторга, рассказывала, как бабушка обо мне заботилась, как я любила учиться, о своих несбывшихся мечтах. Она слушала, поддерживала и обещала, что у меня все обязательно получится, если я не буду опускать руки.

Это был самый лучший сеанс психотерапии за все время моего пребывания в интернате. Я вернулась в свой новый дом, готовая идти к своей мечте, чтобы доказать бабушке, что я смогла, что я ее не разочарую.

Глава 3. Родственники

За полгода я так и не нашла друзей ни в интернате, ни в новой школе. Из «глупой» я превратилась в «выскочку», «зазнайку», «зануду». Ребята поспокойнее относились лояльно за то, что я давала списывать.