Теперь мы квиты

Рядом с ним подруга Нинель. Она помогает Луке вытереть малого полотенцем. Я думаю о том, что Варламову на самом деле очень идет быть папой. Стоило малышу оказаться в его руках, он тут же успокоился. Пока батюшка продолжает читать молитву, Лука с улыбкой что—то шепчет ему, а малой, засунув в рот пальчики, с интересом смотрит на крестного.

Чувствую, как подкатывает. Обернувшись, все же забираю из рук Марики платок. Она улыбается. Мол, я же говорила.

Через десять минут все заканчивается. Гости фотографируются на память.

– Ты как, Огинский? – вижу здоровый синяк возле уха. – Опять подрался?

– Не—а, – улыбается, проводя ладонью по волосам. – С парнями на карьере трюки делали. Не подрасчитал мальца. Ерунда, в общем. Сама как?

Пожимаю плечами.

– Все у нее отлично – к нам подходит Марика. Окидывает Дему строгим взглядом. Огинский ушел из клуба, а она все никак ему этого не простит. Хотя, парни между собой все полюбовно решили.

Марика хорошая, но ее характер слишком несгибаемый. Ей сложно различать оттенки между черным и белым. Для нее ты либо плохой, либо хороший. И никак иначе. Но я благодарна ей. Потому что, последние пару месяцев она была постоянно рядом. Помогала мне с Глебом, с моим выздоровлением. Была рядом, когда не было Луки. Терпела мои слезы и успокаивала, когда я переживала из—за брата, когда боялась, что он не выкарабкается.

– Где твои дружки? – спрашивает Дему.

Она не любит Гессов.

Из ворот церкви выходит Нинель и Лука, сзади них, с малышом на руках идет Илай."

"– Ты смотрелся великопепно, – произношу не без гордости.

Он смеется. Обнимает меня.

– Хватит обжиматься, едем в ресторан, – бурчит недовольно Марика. В этот момент к ней подходит Остап и обнимает девушку за плечи.

Мы переглядываемся между собой и хихикаем. Остап – единственный, кто умеет справляться с ее вредным характером. Мы, как ни стараемся, никак не научимся.

В ресторане все дружно ужинают. Через полчаса от начала застолья приезжают Гессы. При появлении Исая, Демка выглядит напряженным. Не знаю, что они постоянно не могут поделить, но противостояние этих двух уже стало для всех обыденностью.

Нинель обнимает меня, напоминая о завтрашнем походе в салон.