Теперь мы квиты

А еще Марика… От такого количества народа у меня колени тряслись. А может, они дрожали от нежных касаний Варламова? Или от его обещаний, которые кружили мне голову? Он не оставил мне выбора! Даже подумать не дал! Пришлось соглашаться.

– Ты ведь специально это сделал?

Он опускает на меня взгляд и смотрит удивленно. А лицо такое довольное! У—у—у! Знаю ведь, что понимает, о чем я!

– Позвал свою родню, и при них предложение сделал. А ведь если бы я «нет» сказала, они бы меня съели с потрохами! Особенно, Марика, – смеюсь, представляя реакцию сестры Луки.

– Ослик, ты такая глупая, ей богу, – руку мою в ладонь берет, прижимает к губам. – Даже если бы мы были наедине, ты думаешь, я дал бы сказать тебе «нет»?

– И то верно. Ты же та еще зануда! Плешь бы мне проел, – смеюсь, когда он останавливается у крыльца дома.

Лука всматривается в здание через лобовое.

– С тобой пойти?

Я выхожу из машины, и, поправив одежду, оборачиваюсь к нему.

– Ну уж, нет, Варламов, – ухмыльнувшись, поднимаюсь наверх по ступенькам.

Стоит зайти в дом, тут же таким спокойствием накрывает. Хорошо тут у Глеба. Хотя, живет он один. Аня не вернулась к брату. Сбежав из—за Оскара в родной город, нашла себе там мужчину.

– Доброе утро, Ия, – из кухни выходит Ольга. Новая домработница Глеба. Он принял женщину сразу после возвращение из больницы. Изначально, она была сиделкой, а теперь, когда брат встал на ноги, женщина осталась в качества повара и помощницы по домашним делам.

– Глеб еще спит?

– Нет, что вы, – смеется она.

Не верю собственным ушам.

– Трени..? – не договорив, замолкаю.

Она улыбается, кивает, указывая в сторону спортзала. Мол, сама убедись. Спускаюсь вниз, думая о том, что это просто невозможно! Глеб целый месяц провел в реанимации. Жуткие последствия приема наркотических средств, которыми его пичкал Оскар, истощение, практически все органы были в ужасном состоянии. Врачи не давали прогнозов, а он справился! Через месяц его перевели в обычную палату, а еще через две с половиной недели выписали домой.

О происходящем за эти полгода у Оскара, со мной Глеб не говорит. Да и беседовал он об этом всего однажды, со следователем.