Тату с координатами

Одного я не понимаю, неужели они думают такую большую и сильную страну победить?

– Они сами этого не понимают. И, кажется, ни на что не надеются.

Отсутствие дубляжа взрывных устройств радовало. Оставался вопрос: знает или нет эмир о том, что последний его напарник бесславно погиб в своей яме, что стала могилой нижней части его тела. Звук выстрела дальнобойной винтовки эмир наверняка слышал. И мог предполагать, что напарник стал добычей снайпера. Хотя понять, что стреляет именно дальнобойная винтовка, было так же сложно, как понять, куда стреляют.

Я бы лично посчитал, что стреляла противотанковая пушка, уже давно снятая с вооружения, потому что современные танки из такой пушки бить бесполезно. Однако в Сирии и в Ираке, я слышал и даже видел сюжет в Интернете, эти пушки еще используются, хотя чаще всего против бронетранспортеров или боевых машин пехоты.

Эмиру вовсе не обязательно было увидеть своего напарника убитым. Ему, вероятно, достаточно было вытащить трубку и нажать только одну кнопку, чтобы поговорить. Трубки есть у всех, в том числе и у бандитов. Но вот работает ли в данном районе сотовая связь, я, откровенно говоря, не знал. Хотя знал, что именно эта банда уничтожила бригаду монтажников и инженеров линий сотовой связи.

Я вытащил свою трубку и проверил. Связи, к моему счастью, не было. Это опять же давало нам преимущество в технологическом оснащении и практически сводило к нулю шансы любого бандформирования, которое попытается нам противостоять. Поскольку наша связь от экипировки «Ратник» работала безупречно. А в современной войне это решает многое. Хотя и наличие связи ставить во главу всего невозможно. Совсем недавно мы даже мечтать о такой связи не могли и обходились знаками. И тем не менее всегда оставались победителями в войне с любыми бандитами.

– Колобков! Двигаемся дальше. Еще двадцать метров тем же курсом, после чего начинаем совершать поворот. Я подскажу, когда…

– Понял, товарищ старший лейтенант…"

"«Понял» – это автоматически означало продолжение движения.