Таран

 – Тебе сюда, гляди!

– Пятьсот долларов, – лепетала Алена, окончательно потерявшая из виду двух мошенниц. – Половину, хотя бы половину.

– Пятьсот баксов тебе? А это видела? Мне трусы купить не на что! – Еще одна юбка взлетела вверх. – Убирайся прочь, попрошайка несчастная!

– Не то проклянем, – сыпались со всех сторон угрозы.

– Сама сдохнешь и близких за собой в могилу потащишь…

– Родители есть?

– О родителях подумай!

– Убирайся! Убирайся!

– Верните деньги, ну пожалуйста, – клянчила Алена. – Мне иначе никак…

Выбрав в безумном хороводе старуху, не принимающую участия в травле, она адресовала возгласы ей.

– Гражданка! – рвалась к ней Алена. – Мамаша! Не обеднеете ведь… Половину… По справедливости…

Несколько пар рук вцепились в нее, не позволяя сделать ни шагу. Кто-то укусил ее за предплечье, кто-то схватил за волосы, а одна чертовка даже хлестнула Алену по лицу щетинистой кисточкой хвоста.

– Мне нельзя без денег! Я все равно не отстану! Слышите меня?

Всклокоченная, растерзанная, исцарапанная, она выглядела не грозной, а жалкой, и прекрасно понимала это, но на что ей еще было рассчитывать, как не на милосердие? Драться с цыганским табором было все равно что рой разъяренных ос руками разгонять, и Алена больше не рвалась в бой. Она просто кричала, до предела вытянув шею:

– Женщина, нельзя так, не по-людски это! Слышите, женщина? Пожалейте меня!

Старуха отреагировала на предложение совершенно неожиданно.

– Деньги потеряла, достоинство не теряй, – сердито сказала она. – Деньги вернутся, себя не вернешь. Отпустите девчонку. Я ей кое-что сказать хочу.

Внимая ее голосу, цыганки расступились. Потеряв равновесие, Алена села на землю. «Конец, – пронеслось в мозгу. – Сейчас разбегутся во все стороны, и поминай как звали».

Алена ошиблась. Старуха подошла ближе:

– Ты совершила ошибку, а за ошибки платить надо.

– Ага, – кивнула Алена. – Не буду. Пусть брат меня проигрывает, пусть меня за его долги убивают, пусть меня среди бела дня грабят… А я вам всем только спасибо скажу. За науку.

– И правильно, – кивнула старуха. – Наука дорогого стоит.

– Правда? Тогда дайте мне тысячу долларов, я вас тоже чему-нибудь научу, хотите?

Алена встала, отряхивая плащ.