Тайное чудо для магната

Да и не было, в сущности, ничего такого особенного у нас. Мимолетное приключение, не более.

— Да. И еще. Твой испытательный срок у меня в компании закончился. Расчет я пришлю на карту. И Оля. Надеюсь, мне не придется отдавать Юрию распоряжение о том, чтобы не пускать тебя на территорию? Давай разойдемся без истерик.

— Но… Как же…"

"Застываю. Моргнуть не могу. Так и смотрю на него, не мигая.

Такого… Чужого. Отстраненного. Ледяного!

Как же две полоски на тесте, который я до сих пор механически поглаживаю в кармане? Снимок УЗИ, ждущий любимого дома? Малыш, чье сердечко уже скоро начнет биться? Как?

— Прощай, Ольга Николаевна.

Фил разворачивается на каблуках и входит за ворота своего дома.

А я…

Я вдохнуть не могу! Хватаю воздух распахнутыми губами, а он не хватается!

Нет. Не может этого быть. Я ведь знаю Фила! Знаю его, как никто! Таким, каким он бывает только со мной! Что это было?

Наверняка, какая-то идиотская шутка.

Он сейчас вернется с скажет… Ну, что это был какой-нибудь очередной шутливый штраф.

Только разум понимает, что все по-настоящему.

Фил никогда бы так жестоко со мной не пошутил.

А сердце рвется туда. К нему. За ворота.

Я ведь знаю! Я не была для него просто очередной игрушкой! У нас было то самое… Настоящее…

Да как он не понимает? Он же сердце мне сейчас вырвал! Прямо с мясом!

Но ворота не открываются. Фил не выходит ко мне больше.

Не знаю, сколько я жду. Время замирает. Как и все внутри меня.

Не помню, как разворачиваюсь. Бреду куда-то на деревянных ногах. Почти ничего не вижу, все расплывается перед глазами.

Но слез, как ни странно, нет. Впрочем, как и голоса. Кажется, даже если я сейчас попытаюсь заорать изо всех сил, ни одного звука из горла не вылетит.

* * *20

— Эй. Эй ты. Да к тебе обращаюсь!

Рядом со мной с визгом останавливается белая машина.

— Ты что? Оглохла совсем? Я так и подозревала. Что у тебя со слухом плохо.

— Что тебе от меня нужно?

Вяло поворачиваю голову к окну машины, из которого торчит улыбающаяся физиономия Милениной.

— Что? Вышвырнул тебя Рогожин? Как собачеееенку! А я говорила. Предупреждала тебя, дурочку. Так нет. Ты решила, что особенная!

— Теперь-то от меня что нужно?

Мне все равно. Ни одно ее слово меня не задевает. Не ранит.

Разве может меня вообще теперь что-то ранить? У меня сердца нет. Его вырвали. Только что.