Табу

Черт! Может, и правда, стоит податься куда-нибудь, где меня никто не знает? Зарыться с головой в песок? Эти мысли преследовали меня последние пару месяцев. Я был рассредоточен, потерял ориентир. Работа больше не занимала настолько, чтобы не замечать полного одиночества.

– Водка, а мясо через пять минут. Сказали, тебе это нужнее, – знакомый низкий голос резанул слух и заставил обернуться, но еще раньше среагировала рука, схватив тонкое запястье официантки, поставившей графин на стол.

– Кошка!

– Черт! Ты что, за мной следишь? – Она остолбенела, а потом стала вырывать руку, смущенно озираясь по сторонам.

– Что ТЫ тут делаешь?

– Слепой, что ли? Я работаю, – голос ее срывался на писк, а глаза мгновенно заполнились слезами. – А ты проваливай, и чтобы я больше тебя тут никогда не видела!

– Ни за что! Я так долго тебя искал.

– Я прошу тебя, Серёжа, умоляю, собирай вещи и отчаливай. Не нужно тебе этого видеть, – Оксана вырвала руку и умчалась в подсобку.

В ушах вибрировало ее ласковое «Серёжа»… Такое грустное, легкое, настоящее.

Мясо мне принесла другая девушка. Она отчаянно улыбалась и щебетала ангельским голоском, рассчитывая на нехилые чаевые. Понимал, что пока я в зале, Оксана не выйдет, поэтому, съев несколько кусков мяса, опрокинул стопку водки и ушел в машину, предусмотрительно спрятав внедорожник в тени фуры.

Значит, она не уехала! Тогда почему здесь? В жизни не поверю, что Моисей младший не припрятал для дочурки кубышечку зелёненьких.

"Время тянулось подобно жевательной резинке. Беспощадно медленно, преступно лениво. Я не сводил взгляда с дверей бара. Лишь когда стемнело, шумные работники высыпали на парковку. Высматривал знакомую фигурку, но все бестолку. Ее там не было. Стоило мне только открыть дверь, чтобы успеть перехватить хозяйку, пассажирская дверь с глухим ударом о металлическое ограждение распахнулась.

Кошка стояла, сложив руки на груди, в угрожающей стойке.

– Какого черта?

– Ты же понимаешь, что я не уеду?

– Ладно, тогда отвези домой, хоть на бензине сэкономлю, – она послушно юркнула в салон, по-хозяйски отобрала сигарету из моих пальцев и махнула рукой в направлении, куда мне следовало рулить.

– Кошка, – только и смог сказать я.

Всю дорогу мы молчали.