Табу

Было все равно, где мы находимся! На премьере фильма, в женском туалете фешенебельного ресторана, в темном углу ночного клуба, на подземной парковке под прицелом камер либо в вонючей подворотне.

Лазарь не врал, как только сумерки плавно легли на мутную водную гладь реки, к нам подъехала воздушная подушка. Бортовые номера были плотно заклеены непрозрачным скотчем, а прожекторы выключены. Она тихо покачивалась рядом с буксиром, мягко отталкиваясь надувными бортами. Меня все больше смущал абсолютно пустой буксир. Пока мы ждали «подушку», я не услышала ни единого звука, не увидела ни одного человека, шаги которых были отчетливо слышны сквозь прогнившие перекрытия, пока я сидела в трюме.

– Где все? – тихо спросила я, пытаясь заглянуть на верхнюю палубу.

– Через пару часов мы будем на месте, – Лазарь крепко сжал мою ладонь. – Не бойся.

Черт! Он настойчиво подталкивал меня к хлипкому металлическому мостку, на который и смотреть-то было страшно, не то, чтобы перейти. Да и выбора-то особого у меня не было.

В салоне «Амфибии» началось движение, а потом небольшие металлические дверцы распахнулись, приглашая во внутрь. Лицо мужчины, открывшего двери, было скрыто лыжной маской – для тепла или он тоже не хотел светиться. Лазарев махнул ему, плотнее натягивая капюшон мне на лицо, продолжая подталкивать по ржавой металлической лестнице на палубу.

– Ты не снимешь капюшон, пока я тебе не разрешу, – он сжал мой локоть так сильно, что захотелось зареветь, но даже на это не было сил, поэтому я покорно кивнула.

– А ты?

– Знаешь, предохраняться надо вовремя, – рассмеялся он, закидывая в салон несколько, непонятно откуда взявшихся спортивных сумок. – А теперь чего уж личико прятать?

Лазарев помог мне перелезть в довольно тесный салон с пятью креслами, потом громко свистнул и запрыгнул сам, хлопнув люком.

Мужчина не поворачивал головы, смотря только перед собой. Пыталась напрячься, чтобы ощутить страх, но мне было все равно. Иногда казалось, что Лазарь читает мысли, вот и теперь он усадил меня на сдвоенное сидение, достал толстовку:

– Поспи. У тебя есть часа три, – быстрыми движениями он уложил меня на мягкие кресла, почему-то пахнущие рыбой, а потом пристегнул ремнями и подставил сумки.