Сыскное бюро Ерожина

 – Наташа подняла на сыщика свои серые внимательные глаза, и Ерожин понял, что краснеет.

– А ты откуда такой взялся. – Сурово спросил конопатый и грозно приподнялся со стула.

– Да вот с девушкой пришел поговорить. – Серьезно ответил Петр Григорьевич.

– Знаешь ты, батя, лучше вали отсюда, пока я не рассердился. – Предупредил суровый посетитель диспетчерской.

– А что будет, если ты, сынок, рассердишься? – Улыбнулся Ерожин."

"– Напрасно лыбишься. По хорошему не понимаешь, придется поучить. – Бурея лицом, уже совсем грозно заявил конопатый.

– Может быть, мы куда-нибудь выйдем, чтобы не мешать молодому человеку. – Продолжая улыбаться, предложил Петр Григорьевич девушке.

– Я тебе сейчас, падла, выйду! – Ухажер поднялся со стула и кулаком замахнулся на Ерожина. Наташа не видела удара, она только заметила, как ревнивый молодец обмяк и повалился на пол. Петр Григорьевич постоял немного, раздумывая, что теперь делать, затем взял парня под мышки и усадил на стул:

– Ну вот. Пусть немного отдохнет, а мы с вами поговорим.

– Я подполковник милиции и частный сыщик. По просьбе ваших водителей занимаюсь поиском убийцы Кирилла Понтелеева. Слыхал, что вы были знакомы. Помогите мне. – Попросил Ерожин, заглядывая во внимательные серые глаза, в которых он заметил нечто новое, что-то вроде улыбки. Видно, Наташа наконец поняла, каким образом он усмирил навязчивого ухажера.

– Это жуткая история. – После некоторого раздумья, сказала она.

– Что вы имеете ввиду? – Петр Григорьевич умел прикидываться простачком…

– Ну, это убийство. До сих пор не могу поверить. – Наташа встряхнула своей маленькой головкой и замолчала.

– Вы его любили? – Бестактно спросил Ерожин.

– Я его да. Он меня нет. – Просто ответила девушка: – У нас неделю назад состоялся разговор, и мы с Кириллом расстались.

– Почему это произошло, если не секрет?

– Ни секрет. Обыкновенное банальное бабье условие. Я сказала, что больше так с ним встречаться не хочу. Если любит, пусть женится. Он рассмеялся, и я его выгнала. Вот и все. – Наташа говорила спокойно, но Ерожин видел, что это спокойствие деланное. Наташа старалась держаться. В это время конопатый, пришел в себя, замычал, сполз со стула и быстро стал тереть посиневшую скулу.

– Господи, да у него скула синяя.