Сыграй со мной в любовь

От воспоминаний, как в прошлый визит макаронников Севе пришлось за несколько минут найти приличный эскорт с так называемым «расширенным списком услуг», настроение из хренового превратилось в очень хреновое. Даже думать не хотелось, какие особые запросы будут в этот раз.

На душе не было бы так погано, если бы приходилось подмазывать кого-то из руководства. Но ублажать обычных менеджеров, которые не принимали никаких решений и лишь докладывали начальству… Я бы предпочел откупиться деньгами. Несколько тысяч за хороший отчет и никаких ресторанов, блядей и пустого трепа до утра.

— Сев, перед презентацией наших всех проинструктировал? — можно было и не спрашивать, склерозом начбез не страдал никогда, но дебильная привычка перепроверять всех и каждого мешала нормально работать.

— Кухня под завязку, но еще десяти ящиков вина не хватает.

— Напряги юриста, пусть возьмет за задницу поставщиков. У нас все оплачено.

— Сами с усами, — отмахнулся Сева. — До вечера все будет.

— Как станция?

— Всю ночь пидорасили.

— А официанты? — вспоминая прошлые промахи, я продолжил перечислять проблемные вопросы.

— Девки огонь! Даже Катюха на их фоне меркнет. Кристина твоя все же расстаралась!

Взгляд снова против воли уставился в камеру.

— Кристина не моя, — поправил раздраженно. — А Катюха не померкнет ни на чьем фоне. Высота полета максимальная.

— Да ладно-ладно, — Сева перекинул сигарету на другой угол рта. — Пиротехники уже все установили.

— Лучше не думай, а убедись. Думать сейчас слишком поздно.

Сигарета снова полетела в другую сторону, а на идеально выбритых щеках начбеза заиграли желваки. Похоже, гребанное напряжение заставляло меня перебарщивать.

— Так, и главное, — заговорил я уже не командным, а спокойным тоном, — итальяшек, если после фуршета разойдутся, грузить аккуратно, даже нежно, как любимых баб. Никаких фото и лишних глаз.

— Кхе… Про лишние глаза как раз хотел уточнить, — Сева стрельнул взглядом в сторону камеры. — Что с блогершей делать? Может домой ее уже отправить? Все равно опровержение не пишет, а топить запрещено.

Последнюю фразу он произнес с улыбкой, и впервые за все время разговора мое напряжение спало.

— Не делаем ничего.

— Так она со своим ключом еще испортит что…

— Не испортит. Я работу ей предложил.