Сведу тебя с ума

Обнимаю ее за плечи и, подтянув к себе, второй рукой к животу тянусь. Не сопротивляется, часто дыша, позволяет мне себя касаться.

— Как чувствуешь себя?..

— Отлично.

— Как сын?

— Все отлично, Макс…

— Скучала?

Молчит, заявляя, что мне придется не просто. До конца еще не верит.

— Жан… я настырный, — шепчу в ухо, — я залезу тебе под кожу и проберусь в сердце.

— Дурак…

— Я сведу тебя с ума, так же, как ты меня.

— Тебе придется сильно постараться.

— Я знаю… и я готов.

Она сдастся. У нее нет выбора.

Касаюсь губами маленькой мочки, шалея от умопомрачительного вкуса и запаха. Выбивая тихий стон, поддеваю ее языком и перемещаюсь на щеку. Кровь в венах воспламеняется, превращаясь в лаву, грудь стягивает тугими ремнями.

Шум в ушах оглушает, вздохнуть не могу. Каждое касание, как разряд тока. Обжигает кожу и нутро. Больно, но очень приятно. Хочется еще и еще.

Целую в уголок губ. Выждав секунду, повторяю, а со следующим подходом ныряю языком в рот.

Растворяюсь в тепле, мозг превращается в кашу, а тело требует большего.

— Обними за шею.

— Ты не заслужил… — выдыхает, обхватывая меня руками.

Тут же зарывается пальцами в волосы на затылке и жмется всем телом.

— Пиздец, я скучаю! — хриплю, пробираясь под ее куртку.

Ощупываю талию, спину, пересчитываю пальцами мелкие позвонки и… целую до потемнения в глазах.

— Поехали в Москву, ко мне…

— Не-а… я здесь останусь. Не хочу мешать подготовке к свадьбе.

— Не будет свадьбы, Дженни… я же сказал…

— Она на своей странице обручальным колечком хвастает, — в голосе плохо прикрытое насмешкой сомнение.

— Жених другой… не я.

— Боже… у вас там интриги мадридского двора…

— Я серьезно, Дженни. — боднув ее лбом, смотрю в глаза. — На Стефе женится Стив, сын моей мачехи.

— Не жалко девочку?

— Жалко. Ситуация у нее действительно говно. Но решать чужие проблемы, жертвуя своей жизнью, я тоже не хочу.

"В ее глазах подобие сарказма, но за ним, в самой их синеве, счастье безграничное светится.

— Любишь меня?

— Я не знаю… Иногда так сильно ненавижу, что убить готова…

— Но любишь, да?

— Люблю.

Да, блядь… Да!..

Набрасываюсь голодным зверем. Жестко сминаю мягкие губы. Врываюсь языком, клеймя собой навечно. Целую влажно, глубоко, пока она кулаками по моим плечам колотить не начинает.