Эва, дочь трактирщика

Дальше заходят в храм графы и бароны, а также члены их семей по старшинству, потом рэнды и уважаемые горожане, под конец – остальные, кого впустят жрецы.

Когда «безгрешные» уже мужчины выходят из храмов, то раздают собравшимся горожанам деньги, если могут себе это позволить, и прохаживаются мимо палаток, которые ставят около храмов купеческие и ремесленные гильдии. Считается, что все купленное в этот день сослужит хорошую службу: еда оздоровит, одежда защитит, утварь послужит как оберег.

Но нынче вся эта веселая суета обошла Брокка Лэндвика, и ни он, ни его жена впервые за много лет не появились при площади храма Айра-отца со своими пирожками.

Обычно они сооружали палатку, у которой всегда задерживался народ; улыбающаяся Гриди, наряжающаяся по такому случаю, привлекала людей своим обаянием, а Брокк, уважаемый и довольно известный мастер, внушал доверие.

В этом же году их место занял обычный деревянный прилавок. За прилавком встал Барти, повар из гильдии, которого Лэндвики наняли работать в «Пестром коте».

Барти было около сорока, он с трудом попал в гильдию поваров и с трудом в ней удерживался, так что когда Брокк предложил ему стать поваром в «Пестром коте», то согласился – деньжата были не лишними. Но в это ярмарочное утро, когда воздух звенел от множества голосов, а экипажи знати один за другим грохотали по ближайшей улице, он жалел о своем решении. Сам бы он никогда не пришел на ярмарку со своей стряпней – духу не хватит, да и похвастать нечем, а тут придется чужое за свое выдавать и надеяться, что никто не накажет его за это.

Издалека за прилавком наблюдали братья Лэндвик с женами; они прохаживались туда-сюда, стараясь не попадаться на глаза знакомым. Молодое поколение Лэндвиков держалось ближе к прилавку, но тоже старались не афишировать свое присутствие. Хорошо одетые Симон и Эва ходили под руку, как пара добропорядочных горожан, а за ними, лениво переставляя ноги, плелся Толий, которому все это было неинтересно – он бы лучше выспался.

"

"Торговцы ждали, когда же из храма выйдет герцог Беккен и его приближенные – это самая важная часть ярмарки, ее начало. Наконец, отворились двери храма, и «прощенные» сливки ренского общества в мужской их половине неторопливо направились к палаткам. Сначала они уделят внимание торговцам одеждой и прочим вещественным, и только потом двинутся дальше, к палаткам и прилавкам гильдии поваров.