Свадьба

– А почему тут нет перил? Ты нарочно так устроил?

– Да, – коротко ответил Коннор. – Может, ты хочешь поесть?

– Я бы не прочь. Но мне интересно узнать: почему здесь все-таки нет перил?

– Легче сталкивать солдат вниз, вот почему.

Она подумала, что он шутит, но по его лицу поняла, что он сказал ей правду.

– Как невежливо!

Он не уловил насмешки в ее голосе и решил не отвечать. Когда они дошли до площадки, он махнул рукой в сторону темного коридора:

– Там три комнаты. Наша спальня на другой стороне площадки, иди прямо.

Она не могла быстро идти, он почти тащил ее за собой и остановился только в комнате. Дверь с грохотом закрылась, и плотная темнота окружила их. Коннор прошел к окну и отодвинул занавеси, впуская свет.

Бренна с облегчением перевела дух, обнаружив, что здесь не так плохо, как она ожидала. У дальней стены был устроен большой очаг, у противоположной стены стояла кровать. Обстановку дополняли два низких сундука, на каждом из которых красовалось по несколько свечей.

Она подошла к окну посмотреть, что за вид открывается отсюда, и сразу пожалела. Прямо перед ней лежал пустынный двор, а за ним виднелись руины. Очень грустная картина. Ей не хотелось сосредоточиваться на мрачных мыслях, и она подошла к кровати проверить, мягкая она или нет.

– Очень хорошая кровать, – заметила она. – И комната тоже. Ты живешь по-крестьянски, Коннор, без всякой роскоши.

– Тебя это беспокоит?

– Ничуть.

– Завтра я отведу тебя на озеро.

– А сегодня вечером этого никак нельзя сделать? Он сжалился над ней:

– Я велю приготовить воду. Тебе придется подождать, пока ее нагреют на кухне и принесут сюда.

Бренна покачала головой:

– Я не хотела бы причинять твоей прислуге столько хлопот. Может, я помоюсь на кухне?"

"Он не удивился, услышав это, так как уже успел заметить, что свои заботы Бренна ставит на последнее место, не рассуждая, удобно ей это или нет.

– Ладно, мойся в кухне.

– А поесть мне там можно?

– Если хочешь.

Он открыл дверь, собираясь выйти, но на пороге заколебался и нахмурился, снова заметив темные тени под глазами жены. В мягком свете они стали еще отчетливее. Он понимал – это его вина, что жена так устала. Слишком тяжкий груз он взвалил на ее плечи, но другого выхода не было.