Странствие во тьме

Грязь из болота, грязь из склепа, отвратительный запах…

Народ в глухих уголках Андалузии суеверный. Ветле взял Эсмеральду за руку и побежал дальше через деревню в поисках колодца.

Они не нашли его, вместо этого они слышали, как то тут то там кричали в ужасе женщины."

"— Эсмеральда, они не хотят, чтобы мы остановились здесь, — шепотом произнес он. — И мы не можем здесь спрятаться от чудовища. Нам следует попытаться спрятаться у людей, но и тогда мы не в безопасности. Ты видела, что человек в панцире сделал с охраной замка!

Она зарыдала и со злостью в голосе воскликнула:

— Я не хочу участвовать больше в этом!

— Я тоже, но слезами горю не поможешь.

— Ни за что на свете не останусь здесь одна!

— Но я опасен! Он ведь гонится за мной.

— Тогда выброси эту глупую бумажку, расстанься с ней!

Ветле готов был согласиться с ней, но он чувствовал свою ответственность.

— Я обязан сжечь ее. Хорошо, тогда идем. Здесь помощи мы не получим и чем раньше мы уйдем, тем лучше для нас!

Он вздохнул и снова потащил ее за собой по дороге.

— У меня есть друзья в горах, — устало сказал он. — Они дадут мне огня. Только бы уничтожить этот листок бумаги и все горести исчезнут. Надеюсь, — горько закончил он.

* * *

Тенгель Злой был взбешен.

«Я одарил тебя силой с тем, чтобы ты мог двигаться быстро, а ты и с места не сдвинулся!»

Человек в панцире, спотыкаясь, пустился в путь. Его качало с одной стороны дороги на другую. «Я ничего не вижу. Кровь заливает мне глаза, и боль ужасная», — выл он, закрывая лицо руками.

«Мальчишка оставил опасную, населенную людьми деревню, и, насколько я понимаю, снова бредет по дороге. У тебя еще один шанс. Если ты быстро не пойдешь вперед, я найду кого-нибудь другого.

Раненое чудовище выпрямилось и прорычало: «Я убью его! Я должен разорвать его на части своими руками!»

«Это звучит лучше! Но не забывай о нотах!»

Человек в панцире собрался с силами. Вытер кровь. Железный прут вонзился ему чуть-чуть выше глаза, немного задел кость, но глубоко внутрь не проник, так как он мгновенно успел отклонить голову назад.

Но, само собой разумеется, несколько дней он не сможет этим глазом видеть.