Стирая прошлое

Как только Эми нас отпустила, тут же схватила меня за руку и пристально уставилась на кольцо. Затем медленно присвистнула.

— Великолепное кольцо, изготовлено на заказ у «Тиффани», камень минимум три карата. У байкера есть вкус, — пораженная, она взглянула на Кейда.

Я посмотрела поверх ее головы на папу, который ухмылялся от уха до уха.

Подойдя, он притянул меня в свои объятия.

— Счастлива, Мышонок? — спросил он мне в волосы.

— Да, папочка, — прошептала я в ответ.

***

Неделю спустя

— У меня такое чувство, что я могу проспать неделю, — заявила я, рухнув на кровать, мою кровать в Амбере.

Это были действительно знаменательные дни. Мы улетели из дома через неделю после помолвки. Мама настояла на том, чтобы устроить небольшую вечеринку в честь этого события, с близкими друзьями и семьей.

Излишне говорить, что родители были на седьмом небе от счастья, и я с удивлением обнаружила, что, перед тем, как сделать мне предложение, Кейд попросил благословения у моего отца. Не думала, что крутые байкеры спрашивают разрешения на что-либо, включая руку девушки, которая уже была от него беременна.

— Я уже спрашивал твоего брата, детка. Еще когда он приезжал к тебе, я уже знал, что женюсь на тебе. И я также знал, как много он для тебя значит, поэтому хотел, чтобы он не возражал против нас, но его не требовалось долго убеждать.

Его ответ поразил меня. Я минут на пять потеряла дар речи, затем пустила слезу, после чего показала своему мужчине, насколько он удивительный.

Тем не менее, если родители и нервничали из-за того, что мой жених и отец моего ребенка был здоровенным татуированным байкером, они никак этого не показали. Они уже относились к нему как к члену семьи, что удивляло. Он хотел жениться на мне сразу, но я возразила, что не хочу свадьбы по залету, а также не смогу втиснуться в платье от Веры Вонг.

Платье от Веры его мало заботило, нет, не так, ему было глубоко наплевать на Веру, и, конечно же, наплевать на свадьбу по залету.

Для нас это было, мягко говоря, эмоциональное прощание. Мой дом стал для нас с Эми подушкой, куда мы выплакивали все наше горе, и нам не хотелось его покидать. Расставаясь с родителями, я почти умирала от горя. Но они обещали, что приедут до рождения ребенка.