Стажировка в Северной Академии

Кивнула, готовясь поднять неприятную тему, потом посмотрела в окно, где кружились пушистые снежинки, и с тяжелым вздохом задала интересующий меня вопрос:

– Расскажи, что произошло, когда ты потерял магию?

Светлый небесный взгляд потемнел за мгновение, не оставив даже намека на легкость.

– Это обязательно? – голос подобен морозной стуже, а руки, что расслабленно лежали на сгибе локтей, непроизвольно сжимаются в кулаки.

– Боюсь, что да, – призналась со вздохом. – Мне нужно понять, что послужило толчком для исчезновения магии.

Винс выдохнул сквозь стиснутые зубы, словно по его телу прокатилась волна боли, гораздо сильнее той, что мучила из-за амулета с чужой магией. Я ждала, что он откажется, но он отрывисто кивнул, направившись к окну.

Я была бы рада не бередить его раны, не воскрешать страшные воспоминания, но иначе не получится. Это действительно необходимость.

– Тебя же волнует, почему пропала магия, верно?

Кивнула, хоть и понимала, что он этого не увидит. Райт стоял ко мне спиной, цепляясь за подоконник, будто за единственную опору в этой жизни.

– Я получил ранение, серьезное, практически несовместимое с жизнью. В гарнизоне на границе оказался старенький целитель. Я, конечно, благодарен ему, он спал меня, но магические потоки закрылись. Меня увезли в госпиталь, но исправить уже ничего не смогли.

Я так и замерла с занесенной над белым листом ручкой.

– Что говорили целители? В чем причина?

Винс повернулся – по его губам скользнула холодная усмешка.

– Причину так и не выяснили. Списали на то, что я практически умер, а магия, как известно, удел живых.

Нахмурилась, пытаясь понять, что именно меня так смущает. Потом ахнула, спросив:

– Ты хочешь сказать, что целитель вытащил тебя из-за грани?!

Это же невозможно, практически! Безумно опасно, и... Смертельно для целителя.

– Я не знаю, – тихо обронил Винс.

– Он умер?

– Да, – последний ответ он выдохнул, так что я только по губам прочитала его.

На несколько минут повисло молчание – тягостное, горькое.

Целители не боги. Нам не подвластно воскресить мертвого, мы не можем вырастить новую ногу или руку. А если и случаются вот такие исключения, то целители за это расплачиваются своей жизнью. Жестокая гармония – если вырываешь кого-то из лап смерти, то его место займешь ты. Только так. Равноценный обмен.