Стажировка в Северной Академии

Хотя чему я удивляюсь? С ее тягой к моде и всему столичному, Тильда с удовольствием бы поменялась местами с Тианой.

За дверью аудитории было тихо, будто там и не было никого, но когда мы вошли, то я увидела ребят. Они собрались в углу, сгрудившись над столом и что-то внимательно рассматривали. На скрипнувшую дверь никто из них даже не обратил внимания.

– Кхе-кхе, – демонстративно прокашлялась Матильда, а я невольно приподнялась на носочках, пытаясь увидеть, что такого интересного они там нашли.

Но за спинами ребят, конечно же, ничего не разобрала.

На покашливания Тильды обернулось несколько студентов, а потом, словно цепная реакция, каждый из учащихся оборачивался, округлял удивленно глаза и быстро пробирался к своему месту.

Когда все расселись, девушка просто представила меня:

– Как вы уже знаете, это профессор Лоусон, теперь она будет вести у вас целительство.

После ее слов в аудитории воцарилась тишина, такая, что к ней можно было бы прикоснуться руками. Густой, обволакивающий туман волнения подкрался ко мне и вопреки собственным заверениям, что я совсем–совсем ничего не боюсь, руки предательски дрогнули.

Первой заговорила высокая девушка с длинной русой косой, что вилась по плечу и спускалась под стол:

– Всегда или только на время отсутствия профессора Хрит?

– На время отсутствия, – подтвердила ее слова Тильда, еще и кивнула, чтобы ни у кого не осталось сомнения, что их прежняя преподавательница вернется.

Вот только ребята отреагировали совсем не так, как ожидалось.

Девушка пожала плечами, опустив взгляд к тетради:

– Жаль.

И по аудитории пронесся вздох разочарования.

Я едва не открыла рот от удивления, а Тильда, напротив, посмотрела на меня и в ее взгляде горело: «Я же тебе говорила!»

На этом представление и помощь секретаря ректора завершилась, она распрощалась, оставив меня один на один с ребятами. Стоило двери закрыться, как на меня вновь накатила неуверенность, но я с ней справилась довольно быстро.

– Итак, дорогие студенты! – заговорила первой, лишь бы разорвать неприятную тишину.

Пока говорила, прошла к преподавательскому столу и положила на него журнал и папку. А когда обернулась, увидела, что со своего места поднялась все та же девушка:

– Можно? – спокойно поинтересовалась она.

Кивнула.

– Я Мариса Шойт, – представилась девушка, выйдя в центр аудитории.