Стажировка в Северной Академии

Потом поднял на меня взгляд и серьезно поинтересовался:

– Что-то требовала?

Не удивилась его вопросу. Сама была уверена, что именно за этим девушка и придет ко мне, но вышло совсем по-другому.

– Нет, совсем нет, – вяло улыбнулась. – Наоборот, просила подтянуть ребят.

Винс закашлялся, потом сипло переспросил:

– Что?"

"– Я сама удивилась, но... Да, она попросила именно это.

– Надо же, – протянул он, задумавшись о чем-то. – Впрочем, это даже к лучшему. Ректор принял правильное решение, как я и думал.

Потом пододвинул ко мне суп и строго приказал:

– А теперь ешь, пока не остыло.

Обед мы разделили поровну. От второго блюда я отказала наотрез, аргументировав тем, что на плечи Райта ляжет вина, если я перестану вмещаться в собственную одежду. Он обвинением проникся и щедрым жестом избавил меня от избыточного веса. Хотя, подозреваю, не так уж и сложно ему это далось.

– Как профессор Диам? – сделав первый глоток компота, посмотрела на Винса из-под опущенных ресниц.

Профессор смотрел в окно, хмуря темные брови.

– Я узнавал, с ней все хорошо, чувствует себя гораздо лучше, только слабость осталась после отравления...

Райт запнулся, поставил чашку с компотом на стол, и как-то нервно обронил:

– Не возражаешь, если я отлучусь?

Конечно же, я бы не стала возражать, если бы...

– Винсент, что с тобой? – его аура полыхнула черным. Вся без остатка. Так что я зажмурилась на мгновение, чтобы потом открыть глаза и убедиться – нет, не показалось.

Мужчина вымученно улыбнулся и сделал шаг к двери:

– Ничего страшного, сейчас вернусь, – и прежде чем я успела возразить, скрылся за дверью.

Возможно, его действительно стоит оставить одного, но беспокойство ворочалось в груди, подталкивая вперед, за ним.

Я выскочила в коридор, так и не поставив чашку на стол. Возвращаться из-за этого не стала. Успела увидеть только руку Винса, которой он с грохотом прикрыл дверь за собой.

Быстрым шагом сократила расстояние и замерла перед комнатой.

Вошла я спустя несколько секунд, и застыла на пороге от страха. Винс стоял на коленях, опираясь руками о стол. Плечи мелко вздрагивали, и тяжелое дыхание вырывалась хрипами.

Чашку я поставила на ближайший стул, ничего не видя перед собой, – только склоненную фигуру и пульсирующую черным ауру. Она разрасталась и сжималась, то полыхала ярче, то становилась почти бесцветной.