Совершенные

А глядя на парня с черным шелком вместо волос, каждая встречная женщина думала о чем угодно, но только не о благости и целомудрии.

Глядя на него, каждая слышала волчий вой и пронзительную песню диких горцев, идущих на войну. Ощущала дым костров и вкус самого хмельного, самого сладкого вина. Каждая встречная думала о смятых в страсти простынях и хриплых стонах, улетающих прямиком к звездам.

Глядя в это лицо, каждая встречная думала о грехе.

Потому что у парня было лицо падшего ангела, непонятно как оказавшегося на земле.

Луч света скользнул по высоким острым скулам, по твердому подбородку, по чувственным губам. Поднялся выше и погладил бледную кожу и черные ресницы, такие длинные, что это казалось преступлением. А потом растворился в темных как ночь глазах, и я ему позавидовала. Гребанному солнечному лучу.

– Осторожнее, не поранься, – сказал падший ангел, помогая официанту собирать осколки разбитой чашки.

– Простите, – едва не плача, заскулил тот, – сам не знаю, что со мной сегодня творится! Споткнулся на ровном месте!

– Не переживай.

Мне просто надо почистить мою праздничную сутану, – спокойно ответил парень-послушник. Гибко выпрямился и ушел в боковой коридор.

Я проводила его взглядом. Святой отец что-то успокаивающе залепетал, девушки-послушницы склонили друг к другу головы, перешептываясь. Архитекторы захохотали, стуча раскрытыми ладонями по коленкам. Старушки на что-то жаловались. Нервный тип исчез вместе со своей опоздавшей пассией.

Я посмотрела в пустую кружку. По шершавому глиняному боку медленно расползалась трещинка.

Сорвавшись с места, я подскочила к раскрасневшимся студентам-чертежникам и схватила за руку одного из них – курчавого, синеглазого и веселого. Дернула рукав куртки.

– Эй, ты что это делаешь? – изумился он.

– Ого, вот это красотка! – присвистнули другие. – Да еще и сама пришла… Будешь моей девушкой?

– Руки, живо! – рявкнула я. Внутри что-то дрожало. Та самая неизбежность, проклятая черная дыра. Я самый хреновый на свете миротворец, но кое-какие способности у меня все-таки есть.

И усилитель подстегнул их, давая понять, что все плохо.

Очень плохо."

"Руки парня оказались чистыми. Ну, если не считать следов чернил на пальцах.

– Панель! У кого из вас нейро-панель?

Студенты переглянулись.

– Шутишь? Куда нам. Мы не самые талантливые ученики, едва дотянули до выпуска, какая там панель…Так ты пойдешь со мной на танцы? Возьмем выпивку…

– Заткнись, Люк, – прошипел смельчаку тот, кого я успела осмотреть.