Совершенные

Но как? Как вы этого добились? Я читала вашу статью, но там все довольно туманно. Вы упоминаете некий эликсир, но что именно имеете в виду?

Профессор прищурился, глядя на меня. Вытянул руку, погрозил пальцем.

– Вы считаете меня выжившим из ума дураком, ведь так? Думаете, Хакал утратил разум? Думаете, я глупец с возмутительными идеями, как пишут обо мне грязные газетенки? Пишут с подачи таких, как вы! – Он скривился. – Думаете, я не понимаю? Не вижу ваши уловки? Вы забыли, что я не какой-нибудь Герман Дино! Я умею думать, а не только лишь малевать на холстах всяческую гадость! Вам меня не подловить.

Хакал выставил вперед палец и покачал им перед моим носом.

– Нет-нет, вам тут поживиться нечем… Я ничего не скажу. Уходите!

– Но ваша статья! Профессор! Вы действительно сумели восстановить разорванные линии?

– В теории, – сложились в ироничную усмешку губы Хакала."

"– В теории? – Я помолчала, размышляя. И продолжила уверенно: – Вы мне врете. Ученые, подобные вам, не публикуют статьи без практических опытов.

Без успешных опытов! Вы сделали это. На самом деле сделали, ведь так?

– Меня уже спрашивали об этом, Аманда. Мне нечего добавить к сказанному.

Он откинулся на спинку кресла, снова закрывая глаза. А мне захотелось схватить ученого за плечи и трясти до тех пор, пока он все не расскажет!

– Как вы восстановили разорванные линии Духа?

– Низкочастотные вибрации… Все дело в них…

– Да-да, я знаю! Они причина разрыва! Темное эхо, блуждающие вихри, ямы скверны… я все это знаю! Но вы писали про какой-то эликсир! Где его взять?

– Эликсир жизни… Поэтично, правда? Когда-то вы сказали, что в душе я остался романтиком.

Смеялись надо мной. Вы уже не смеетесь, Аманда? Я слышал, что нет. Еще вы называли меня старым дураком. За мою позицию. Но я по-прежнему уверен, что мы совершили ошибку, согласившись на выбранный путь. Возвышение – это истинное проклятие! Я жалею, что был так глуп…То, что мы приобретаем, несоизмеримо с тем, что утрачиваем. Вы заблуждаетесь. О, как же заблуждаетесь! Но довольно. У вас ничего не получится. Таким, как вы, не суждено познать мои тайны, Аманда… Я ничего вам не скажу! Оставьте меня в покое! – Слова звучали бессмысленным бредом, похоже, профессор плавал в опиумном бреду и видел лишь ему доступные образы.

Он заговаривался и явно не понимал, где находится, он все еще видел перед собой мою мать.