Сопротивляйся, меня заводит!

– Все-таки выбрала? То есть выбирать она может? – уточнил с сомнением мой брат.

С сомнением и с надеждой.

Конкурент нарисовался, что ли?!

– Мия вольна и выбрала меня. Мия со мной. И точка.

– И многоточие! – добавил Адам с вызовом.

Но все-таки брат что-то прочитал на моем лице, потому что быстро отошел.

– Развлекайся! – сказал брат издалека. – Если девушка в выборе свободна, как ты даешь понять, то ей просто необходимо предоставить этот выбор!

– Не намыливайся даже! – пригрозил ему кулаком.

– Ты только хер свой предложил и деньги? – спросил брат со смехом, изобразив бедрами, чем именно я занимался.

Еще песенку премерзкую начал горланить: «Ты пчела, я пчеловод…»

– Этот трек давно устарел и находится на дне музыкальных чартов! – бросил ему вслед и только после того, как Адам пропал из виду, выдохнул и сел обратно в машину.

Мия уже сидела напряженная донельзя, а ее глаза округлились, став размером с чайные блюдца.

– Я должна у тебя кое-что спросить, прежде чем мы сдвинемся с места. Это правда? – голос высоко зазвенел.

– Что правда?

– Правда, что ты приготовил меня в подарок собственному брату?! – спросила она и замерла.

Я выматерился.

– Пчел, ты не слышала, о чем я только что говорил?

– Слышала. А до побега из твоей квартиры я слышала другое, о чем говорил твой брат. Чему верить?

– Адам, – скрипнул зубами я.

Обгадил малинник!

– Адам.

Я напрягся.

Мы добрались до главной точки, где наши пути разбежались на время, пора закольцевать этот ответвление и вернуть на исходную, указав правильное направление.

– Все не так. Позволь объяснить. Давай я за руль сяду, а ты рядом, по дороге все расскажу.

– По дороге куда? – Мия нервно сглотнула.

Ну что за женщина недоверчивая?!

Откуда в ней это взялось? Пусть бы она другим мужикам на слово не верила люто, но я должен быть в «белом списке».

– Ко мне в квартиру.

– Там был паук. Здоровенный!

Глаза Пчелки распахнулись еще больше, она вздрогнула и зябко повела плечами, по загорелой коже пробежались мурашки.

– Паучков боишься?

– Паучищ! Здоровенных… Мамочки, я всего лишь какую-то тряпку сдернула, а там… Бух! И он побежал на меня… Огромный, мохнатый!

– Почти тридцать сантиметров. Да, он огромный.