Сломленный рыцарь

Не было пыли на маленьких стульях, пластиковом столе и маленькой самодельной кухне. Шкафы, которые мы сделали сами, были выкрашены в желтый, хотя и висели на самом краю. Свежие цветы стояли в консервной банке на столе. Книги по языку жестов лежали на самодельных полках. Кто-то убирает это место, хотя я бы не удивился, если местные дети заняли его.

Я лег на потертый ковер, который пах сыростью, старым деревом и дерьмом белок. И закрыл глаза.

– У тебя нет права, – послышался голос откуда-то со стороны входа."

"Я узнал этот голос, даже не успев открыть глаза, голос, к которому я все еще привыкаю.

Мягкий.

Хриплый.

Сексуальный и немного грубый, но все еще женственный, как у Марго Робби.

Луна залезла в домик. В нем было довольно тесно для двух взрослых людей. А еще ей пришлось сесть так, что ее бедро оказалось совсем рядом с моим, хотя она прижалась к стене.

Я открыл глаза и приподнял бровь.

– Она снова разговаривает. Может все, что тебе надо – это начать разговаривать с людьми, чтобы они перестали сплетничать о тебе?

Отмотать.

Не имеет значения, насколько сильно я пытался забыть ДЕБИЛЬНОГО ДЖОША, я не мог. Одна только мысль о нем могла довести до могилы. А то и дальше. Что если в аду мне придется смотреть запись секса Луны и ДЕБИЛЬНОГО ДЖОША на репите?

Можно ли умереть дважды? Трижды? Моя голова пошла кругом. Пора искать хорошего адвоката. Я обязан убить ублюдка.

– Не меняй тему разговора. – Она осмотрела комнату, прижав колени крепче к груди.

Луна не ошибалась. Я не имел права выходить из себя, учитывая, что за несколько минут до этого она видела, как я засовываю язык в глотку Поппи. Луна так долго мучила меня, что мучить ее в ответ стало каким-то рефлексом.

– Хочешь потрахаться? – вздохнул я. – Милости прошу. Но если ты ждешь, что Вон трахнет тебя, то вот дружеское напоминание: он согласен только на минеты. Но могу предложить тебя Хантеру. Он предоставляет весь спектр услуг.

– Найт, – предупредила Луна.

Все еще не могу поверить, что она разговаривает. Это делает меня счастливее, чем грязь – свинью, и волнует больше, чем свинья в качестве бекона на тарелке.