Следствие ведут знатоки

 — Открыть немедленно! И не вздумайте сопротивляться!

* * *Знаменский и Томин выскакивают у дома Пузановского и спешат в подъезд мимо милицейской машины.

А в квартире, в первой комнате, под наблюдением милиционеров все, кроме Раисы, стоят лицом к стене с заложенными за голову руками.

— Товарищ майор, застали форменную поножовщину, — докладывают Знаменскому.

— Разберемся, — говорит он и подходит прежде всего к Раисе.

По разгрому вокруг можно судить, что звонок Томина был более чем своевременным: шкаф от двери в смежную комнату отодвинут, там виден сломанный стул, ковер комком сбит в угол, на полу разные неожиданные предметы.

В первой комнате беспорядка меньше, но и тут валяется почему-то затоптанное полотенце, кресло лежит на боку, подмяв под себя туфли Раисы. На столе два ножа — Тыквы и Царапова.

Не лучше выглядят задержанные. У Печкина оторван рукав пиджака и подбит глаз, у Тыквы по лицу размазана кровь, у Царапова на груди остались лишь клочья от рубашки и майки; автомеханик всклокочен, на щеке багровый подтек.

— Вы спасли мне жизнь, — говорит Раиса. Она стоит босиком, опершись о стол, и ее сотрясает то ли дрожь, то ли сухое, без слез рыдание. — Извините за опознание…

— Об этом позже. — Знаменский поднимает кресло и жестом предлагает ей сесть.

Раиса садится, машинально надевает туфли.

А Томин обходит задержанных и каждому достаются наручники."

"— Фасадом попрошу, — говорит Томин, трогая за плечо Тыкву.

— Зато душу отвел! — вызывающе ощеривается Тыква и привычно подставляет руки для металлических браслетов.

Автомеханик, увидя наручники, неумело протягивает перед собой ладони.

— Ага, мастер — золотые руки… — Томин качает головой. — Привет, Иван Данилыч! Вспоминай скоренько, где сбережения. Придут понятые — начнем обыск. А добровольно выданное зачтется на суде как вид раскаяния.

— Нечего мне выдавать, — жалобно отвечает Пузановский.

— Неужели все? — весело удивляется Томин. — Так облегчил нам работу? — и он смотрит в спину вора с любопытством.

— Повернитесь! Ба!.. — ахает Томин. — Ца-ра-пов!.. Вот так встреча! По всем разумным расчетам, вы должны подъезжать к Батуми или Норильску!

Однако вор не расположен беседовать.