Следствие ведут знатоки

 — И он повторяет на разные лады: — «На кой бес мне этот стресс?», «Ну на кой бес мне этот стресс!..» — Щепкин гипнотизирует себя, улыбается и констатирует: — Все в порядке. Итак, по-дружески и по-деловому. Я облегчу жизнь вам, вы — мне. Драгоценный остаток моей жизни.

— Давайте не торговаться! — твердо заявляет Томин. — Неподходящее место.

— Храм правосудия? — Щепкин смеется. — Ах, инспектор, вы еще верите в свое дело на земле? Люди всегда будут стараться обойти закон.

— А другие будут за него бороться.

Старик легко соглашается:

— Верно, диалектика жизни.

— Смягчающее. По крайней мере, с моей точки зрения.

— Вот с этим человеком я буду разговаривать! Так-то, инспектор!

Друзья разыгрывают классический дуэт на допросе: один жесткий, другой мягкий. Мягкий при этом достигает большего, чем в одиночку.

— Ближе к делу, а? — предлагает Томин.

— Торопиться тоже вредно! — Щепкин прислушивается к произнесенной фразе: не позволил ли себе рассердиться на нетерпеливого инспектора? — Торопиться вредно, но и спорить вредно, — рассуждает он. — Беда… Так вот, Пал Палыч, очень скромно: я хочу вернуться сегодня домой, а в дальнейшем умереть у себя в постели под присмотром любимого доктора. В камере душно, жестко и посторонние люди… За меня: чистосердечное признание, собачка, почтенный возраст, два инфаркта и куча прочих тяжких недугов.

— Приплюсуйте сюда щедрость! — решительно говорит Томин.

— То есть?

— Добровольно отдайте незаконно нажитое!

— Почему он такой мелочный? — спрашивает Щепкин у Пал Палыча.

— Боюсь, он прав.

— Отдать ни за что ни про что? Помилуйте, это грабеж! Нет-нет! Впрочем… На кой бес? На кой бес… А, будь по-вашему, пропади оно пропадом! — Старику трудно остаться равнодушным, и он снова устремляет взгляд в окно. — Здоровье всего дороже…

Знаменский прерывает паузу.

— Где можно получить документы о состоянии вашего здоровья?

Щепкин достает справки — они предусмотрительно приготовлены и сложены в небольшой изящной папочке.

— Вверху телефоны для проверки, — поясняет он.

Томин заглядывает через плечо Пал Палыча в папку. Брови его ползут на лоб.

— Богатейший ассортимент! И все без липы?

— Увы. Честно приобрел на стезях порока и излишеств… Я пожил со смаком, инспектор! — добавляет он, зачеркивая горечь последних слов.